— Павел — взрослый человек. Он получил квартиру и сам решает, как строить отношения с матерью. А мы решаем за себя.
Они ушли через час. Свекровь проводила их до двери, неловко обняла Марину.
— Спасибо, что приехали.
— Валентина Петровна, мы не бросаем вас. Но всё будет по-другому. По-честному.
По дороге домой они молчали. Потом Андрей сказал:
— Знаешь, может, оно и к лучшему. Квартира бы нас с Павлом рассорила окончательно. А так… мы свободны. От ожиданий, от обязательств, от необходимости заслуживать любовь.
Марина сжала его руку.
— Главное — мы вместе. И мы научились защищать свои границы.
Через месяц свекровь позвонила снова. Голос был тихий, усталый.
— Павел хочет продать квартиру. Говорит, нашёл выгодного покупателя. Обещает снять мне однокомнатную.
Марина и Андрей переглянулись.
— Что вы хотите от нас? — прямо спросила Марина.
— Поговорите с ним. Может, вас послушает.
— Валентина Петровна, квартира принадлежит Павлу. Мы не можем ничего сделать.
— Но он же… он же не может!
— Может. Вы сами дали ему это право.
В трубке послышались всхлипы.
— Приезжайте, — наконец сказал Андрей. — Обсудим, что можно сделать.
Они приехали. Свекровь выглядела совсем плохо. Рассказала, что Павел уже привёл покупателей, показывал квартиру. Говорил, что мать временно поживёт у него, пока не найдут подходящую однокомнатную.
— А документы? — спросила Марина. — Договор дарения? Может, там есть условия?
— Нет условий. Чистое дарение. Я доверяла… думала, родной сын не обманет.
Марина достала телефон.
— Давайте позвоним Павлу. Все вместе. Пусть объяснит при вас.
Павел ответил не сразу. Голос был раздражённый.
— Павел, твоя мать говорит, ты продаёшь квартиру.
— Ну и что? Моя квартира, что хочу, то и делаю.
— А где будет жить Валентина Петровна?
— Сниму ей жильё. Или к вам переедет, места хватит.
Марина включила громкую связь.
— Павел, твоя мать рядом и всё слышит.
— И отлично! Мам, ты же понимаешь, это бизнес. Квартира в центре — мёртвый капитал. А я вложу деньги в дело, через год-два куплю тебе квартиру получше!
— Павлик, но это мой дом… Я здесь тридцать лет живу…
— Мам, не драматизируй. Переедешь, привыкнешь. В твоём возрасте полезно сменить обстановку.
Свекровь закрыла лицо руками. Андрей взял телефон.
— Павел, ты понимаешь, что делаешь?
— А что такого? Использую активы рационально. Вы бы тоже так сделали, если бы не были такими правильными.
— Мы бы не выгнали мать из дома.
— Я не выгоняю! Я оптимизирую! Мам, ну скажи им, что ты понимаешь!
Свекровь подняла заплаканное лицо.
— Павлик, не продавай. Прошу тебя.
— Мам, решение принято. Покупатели уже задаток дали.
Марина налила свекрови воды.
— Валентина Петровна, юридически мы ничего не можем сделать. Но… можно попробовать давление через родственников, общих знакомых. Может, устыдится.
— Не устыдится, — глухо сказала свекровь. — Я вырастила монстра. Сама виновата. Всё ему позволяла, всё прощала. А Андрюшу… Андрюшу не ценила. Прости меня, сынок.
— Что теперь будем делать?
