— Игорь, — Марина заставила себя говорить спокойно, хотя внутри всё кипело. — Ты понимаешь, что она предлагает? Мы останемся без жилья. Мы с Дашей будем полностью зависеть от её настроения. Сегодня она разрешит нам жить, а завтра передумает и выставит на улицу.
— Мама так не сделает, — пробормотал Игорь, но в его голосе не было уверенности.
— Не сделаю, если ты будешь послушной, — подтвердила Галина Петровна. — Научишься уважать старших, готовить нормально, а не эти свои диетические блюда. И наконец-то родишь сына! Нашему роду нужен наследник, а не очередная девчонка!
Марина почувствовала, как что-то внутри неё обрывается. Медленно, со звоном, как струна, натянутая до предела.
— Вон, — сказала она тихо.
— Что? — Галина Петровна даже растерялась от такой наглости.
— Вон из моего дома, — повторила Марина громче. — Немедленно.
Свекровь расхохоталась. Смех был неприятный, визгливый, торжествующий.
— Из твоего? Да ты вообще кто такая? Никто! Продавщица из магазина! Если бы не мой сын, ты бы так и торговала колготками до старости! А теперь ещё и смеешь мне указывать!
— Мам, успокойся, — слабо попытался вмешаться Игорь.
— Молчи! — рявкнула на него мать. — Ты вообще мужик или кто? Позволяешь этой выскочке так со мной разговаривать! Марина встала. В её движениях появилась какая-то новая, незнакомая ей самой решимость.
— Галина Петровна, я последний раз прошу вас покинуть нашу квартиру. Если вы не уйдёте сами, я вызову полицию.
— Полицию? — свекровь снова расхохоталась. — Да они тебя же и выведут отсюда! У меня есть все документы, подтверждающие, что квартира куплена на наши с покойным мужем деньги!
— Но оформлена она на Игоря. И пока он не подписал ваши бумажки, это наш дом. Так что выбирайте — уходите сами или с нарядом полиции.
Галина Петровна посмотрела на сына. Тот сидел, сжавшись в комок, и молчал.
— Игорёк, сыночек, ты же не позволишь ей так со мной обращаться? Я же твоя мать! Я всю жизнь тебе посвятила!
— Мам, может, правда лучше поговорить завтра, когда все успокоятся… — пробормотал он.
— Предатель! — выплюнула Галина Петровна. — Баба из тебя, а не мужик! Ладно, я уйду. Но завтра, слышишь, завтра ты подпишешь эти документы! Иначе я такое устрою! Я докажу, что эта твоя женушка тебя обманула, что ребёнок не твой! У меня есть связи, я всё могу!
Она развернулась и вышла, громко хлопнув дверью. В квартире повисла звенящая тишина. Марина медленно опустилась на стул. Ноги больше не держали.
— Спасибо за поддержку, — сказала она мужу. В голосе не было сарказма, только бесконечная усталость.
— Марин, ты же знаешь маму. У неё характер тяжёлый, но она не со зла. Просто переживает за нас.
— За вас, — поправила Марина. — За тебя она переживает. А я для неё — пустое место. Помеха, которая завладела её драгоценным сыном.
— Не преувеличивай…
— Не преувеличиваю? Игорь, она только что потребовала переписать на неё нашу единственную квартиру! Квартиру, где растёт твоя дочь! И ты молчал!
— А что я мог сказать? Это действительно мама с папой купили…
