Ранней весной участок выглядел пустым: только клумба у дома просыпалась первой — жёлтые нарциссы упрямо тянулись к солнцу сквозь прошлогоднюю листву. Костя решил разбить грядки по-новому: ровные прямоугольники вместо старых выпуклых холмов.
В выходные приехала дочь Валентины Петровны с внучкой — девочка бегала вдоль забора и пыталась просунуть ладошку через сетку. Ира вынесла ей яблоко:
— Только маме покажи сначала!
Вечером Костя сидел на крыльце с лейкой у ног и смотрел на свой новый участок иначе: земля уже не казалась чужой или сердитой. Вмятина на лейке блестела в косых лучах солнца.
Иногда случались мелкие неурядицы: ветер сорвал плёнку с парника; ночью кто-то пролез через задний забор (оказалось — это был соседский кот). Юрий вздыхал:
— Всё тут как в городе… Только тише.
Ближе к июню у Иры появился ритуал: утром она выходила босиком по росе к грядкам — рукава куртки засучены выше локтей; лицо серьёзное, но глаза светились от удовольствия. Поливать приходилось аккуратно: старая лейка текла из вмятины тонкой струйкой прямо под сапоги.
— Может, купить новую? — предложил Костя однажды.
— Не сейчас… Эта ещё ничего.
К середине лета жизнь втянулась в привычную колею: скрипели ворота (Костя смазал петли, но это помогло ненадолго), по вечерам пахло печёным хлебом из соседских кухонь; иногда слышались голоса через сетку:
— А вы кабачки посадили?
— Зря! Они тут сами растут!
На участке справа однажды устроили шашлыки и пригласили Иру с Костей на чай. Лена рассказывала о своём огородном опыте:
— Я думала — ничего не получится… А потом втянулась.
Юрий молча резал хлеб толстым ножом; его рука едва заметно дрожала.
Ира спросила о насосе:
Лена улыбнулась устало:
— Пока Юра таскает ведрами… Может быть, купим новый.
Костя понял этот жест лучше всяких слов.
В конце июля пришли дожди; дорожки размыло так, что выйти за водой стало испытанием. Валентина Петровна делилась советами по защите урожая от гнили:
— Главное — не залить грядку до смерти! Дайте ей отдышаться после дождя.
Однажды утром Костя заметил: у забора лежит их старая лейка с новой вмятиной сбоку и немного погнутым носиком. Кто-то перебросил её через сетку ночью (позже выяснилось — соседская девочка играла «в магазин»). Костя рассмеялся так громко, что проснулась Ира:
— Вот теперь она настоящая дачная!
Ира взяла лейку в руки и вдруг бережно погладила помятую сторону:
— Наверное, так и надо…
К августу участок ожил окончательно: помидоры налились тяжёлым соком; укроп пах пронзительно свежо; ветка сирени у крыльца снова зацвела вторым цветением (Валентина Петровна потом объяснила — такое бывает после затяжных дождей).
Соседи стали заходить чаще: то одолжить соль или дрель, то просто поговорить через сетку о погоде или ценах на газонокосилки. Юрий всё так же курил по утрам у забора; Лена иногда приглашала Иру на чай без особого повода; Валентина Петровна принесла корзинку яблок.
