Антон стоял между ними, разрываясь. И вдруг что-то в нём изменилось. Он выпрямился, посмотрел на мать твёрдым взглядом.
— Мама, хватит. Отмени все показы. Сейчас же.
— Сейчас же, мама! И завтра мы идём к нотариусу отзывать эту доверенность.
Галина Петровна смотрела на сына так, словно видела его впервые.
— Она тебя против меня настроила! Эта… эта…
— Никто меня ни против кого не настраивал, — перебил её Антон. — Я сам виноват, что довёл до этого. Мама, ты переходишь все границы. Это квартира Наташи, подаренная ей бабушкой. Ты не имеешь права ею распоряжаться.
— Ах так! — свекровь всплеснула руками. — Родная мать тебе больше не нужна! Ну и оставайтесь вдвоём! Посмотрим, как вы без меня справитесь!
Она ушла в комнату, которую заняла, и начала с грохотом собирать вещи. Антон порывался ей помочь, но Наталья остановила его.
Через час Галина Петровна стояла в прихожей с чемоданом.
— Я к сестре поеду. В другой город. Чтобы вам не мешать своим присутствием!
— Мама, не надо так… — начал Антон.
— Нет уж, я всё поняла! Я вам не нужна! Продала квартиру, чтобы вам дачу обустроить, а в ответ — чёрная неблагодарность!
Она ушла, громко хлопнув дверью. Антон и Наталья остались вдвоём в звенящей тишине.
— Наташ… — начал он.
— Не сейчас, — она устало опустилась на диван. — Мне нужно время, чтобы всё осмыслить.
Прошла неделя. Галина Петровна действительно уехала к сестре в другой город. Звонила Антону каждый день, жаловалась на здоровье, на одиночество, но в квартире больше не появлялась.
Наталья отменила доверенность и сменила замки. Антон не возражал. Их отношения дали трещину, но не разрушились окончательно. Они ходили к семейному психологу, учились заново доверять друг другу.
— Я должен был сразу встать на твою сторону, — признался Антон на одном из сеансов. — Но я всю жизнь привык, что мама всегда права. Она растила меня одна, я чувствовал себя обязанным…
— Обязанность и любовь — разные вещи, — мягко сказал психолог. — И забота не должна превращаться в контроль.
Через три месяца Галина Петровна вернулась в город. Сняла небольшую квартиру на деньги от продажи своего жилья — оказалось, она не всё потратила на дачу, приберегла на чёрный день.
Первое время она демонстративно не общалась с сыном и невесткой. Потом начала звонить Антону, но уже без прежних претензий и манипуляций. Падение с пьедестала всемогущей матери далось ей тяжело, но и чему-то научило.
А ещё через полгода случилось неожиданное. Галина Петровна позвонила Наталье.
— Наташа, — её голос звучал непривычно тихо, без обычной властности. — Можно с тобой поговорить?
Они встретились в кафе. Свекровь выглядела постаревшей, но в её глазах появилось что-то новое — уважение.
— Я хочу извиниться, — сказала она без предисловий. — Я вела себя ужасно. Думала, что защищаю сына, а на самом деле… на самом деле просто не хотела его отпускать.
Наталья молчала, давая ей выговориться.
