Из университета Марина ушла. Точнее, просто перестала туда ходить. Ей всё слали и слали какие-то бумаги, она выбрасывала их, едва просматривая. В одной из этих бумаг было написано, что Марину отчислили. Ей было совершенно всё равно — отчислили и отчислили. Она не человек. Тень. Тень своего прошлого. Зачем тени образование?
Светка и Женька какое-то время регулярно приходили к Марине и пытались её растормошить. Она куталась в бабушкину шаль, сидя на диване в одной позе, и смотрела на девочек с непониманием. Чего они хотят от неё?
— Марина, пойдем пройдёмся?
— Марина! Так нельзя!
Её голос звучал совершенно безучастно к происходящему.
— Сидеть тут, как будто ты тоже умерла! — крикнула Женя. — Выйди на улицу!
— Я выходила. — безразлично сказала Марина. — За молоком и хлебом.
Магазин, слава Богу, был в ста метрах от её дома. Только дорогу перейти, и вот он, магазин. Ходила в него Марина, когда дома заканчивалась еда. Старалась сходить вечером, перед закрытием. Днем она не ходила на улицу — Марине было больно смотреть на свет. Он был напоминанием о жизни, а жизнь закончилась. А рано утром Марина не ходила в магазин, чтобы не встретиться с местными пенсионерками. Они все знали её бабушку, Галину Андреевну. Они стали бы причитать… то есть, сочувствовать, конечно, но у Марины не было сил принимать соболезнования.
Они с девочками во время их последнего визита сильно повздорили. Сначала Марина отвечала им совершенно равнодушно, а потом сорвалась и накричала. И выставила из дома. И больше девочки не приходили к Марине. Дружба закончилась. И это было так логично, так закономерно. Любовь закончилась, жизнь закончилась. Её, Марины, нет. Как она может с кем-то дружить?
Марина не искала себе работу. Ела она мало. И денег, соответственно, расходовала мало. Если бы было желание, она бы нашла работу, конечно. Но никакого такого желания у Марины не возникало. Она с трудом заставляла себя открывать глаза по утрам. Просыпалась, понимала, что жива, а глаза открывать не спешила. Не хотела. Открыть глаза означало начать очередной пустой и бессмысленный день…
Постепенно Марина разобралась, как платить за квартиру по квитанциям, чтобы не было долгов и проблем. Ходить в банк платить ей приходилось. И в магазин. На этом всё. Много лет прошло, прежде чем Марина вышла погулять вечером в парк. Три года. Или уж пять.
Однажды позвонила тётя Зина. Она говорила обычным голосом.
— Я уж все слёзы выплакала, Мариш. Надо жить. У нас ещё двое.
Марина подумала, что может в этом и есть разница между ними? Да, Зина потеряла сына, но у неё осталась семья. А у Марины никого и ничего.
— Приехала бы к нам, дочка. — с жалостью сказала Зинаида. — Даже на могилке у Киры ни разу не была.
— Я не могу. — прошептала Марина. — Не могу!
Больше мать Кирилла не звонила.
