— Не знаю ещё. Но больше не буду делать вид, что верю.
— И правильно. Знаешь, Оль, лучше быть одной, но честной с собой, чем в паре, но в постоянной лжи.
Ольга допила чай, поставила чашку на стол. В саду щебетали птицы, где-то вдалеке лаял пёс. Мирные, простые звуки.
— Я никому ничего не буду доказывать, — сказала она. — Не буду требовать объяснений, устраивать разборки. Просто уйду.
— Мне уже пятьдесят два, Лен. Поздно что-то менять.
— Не поздно быть честной с собой. Никогда не поздно.
Они сидели до темноты, говорили о цветах, о планах на дачный сезон, о книгах. Обычные женские разговоры. Но Ольга впервые за много месяцев чувствовала покой. Не радость — покой. Тихое, спокойное принятие себя и своего решения.
Перед отъездом Лена обняла её.
— Ты изменилась, — сказала она. — Стала… как бы это сказать… цельной.
— Да? — удивилась Ольга.
— Да. Раньше ты всегда была немного расколотой. Часть тебя хотела одного, часть — другого. А сейчас… сейчас ты просто знаешь, чего хочешь.
Домой Ольга ехала с опущенными стёклами. Ветер трепал волосы, в машине пахло сеном и цветущими деревьями. На душе было странно — не весело, но и не грустно. Просто спокойно.
Завтра она заберёт свои вещи и уедет к дочери. На время — пока не найдёт свою квартиру. Сергей, наверное, будет звонить, требовать объяснений. А может, и не будет — поймёт, что всё кончено.
Но это уже не важно. Важно, что она больше не обманывает себя. Не притворяется, что холодильник купили для неё. Не делает вид, что верит в красивые слова. Просто живёт честно.
И впервые за долгие годы чувствует, что сама себе дорога.
