Несколько дней потом в квартире передвигали и переносили вещи. Лешке досталась бывшая бабушкина комната, самая маленькая. А отец с тетей Оксаной без возражений вселились в его бывшую комнату. Мелкая же нахалка устроилась в самой большой!
Через пару дней Лешка искал что-то, и зашел в эту комнату. И тут ему заявили:
— Как ты смеешь входить в мою комнату без стука и разрешения? Ты что, не уважаешь мое личное пространство?
Да-да, мелкая шмакодявка именно так и разговаривала, хотите верьте, хотите нет!
Лешка, как нормальный пацан, популярно объяснил хамке, что он думает о ее личном пространстве. И получил злобное:
И ведь пожалел! Что он получил за эти естественные действия — словами не описать. И страшнее всего было то, что тетя Оксана помалкивала! «Воспитывал» Лешку родной отец.
Получалось, что теперь Лешка обязан безоговорочно уступать «сестре» во всем, заботиться о ней, помогать ей, защищать ее. Просто потому, что она девочка, она младше, и вообще — Лешка что, хочет, чтобы тетя Оксана их оставила? А так и произойдет, если он будет обижать ее дочку!
А мелкая паршивка только скалилась торжествующе…
Вот так совершенно неожиданно Лешкина жизнь превратилась в кошмар. Собственный отец назначил его прислугой при чужой девчонке, хитрющей, ленивой, злобной и бессовестной! Как ни удивительно, но оказывается, даже в десять лет уже можно быть законченной негодяйкой, и Алена именно такой была.
Она не желала учиться или что-то делать по хозяйству. Дома она только и знала, что валяться на кровати с телефоном, причем телефон этот был втрое дороже того, каким пользовался Лешкин отец. Зайти в ее комнату без унизительного стояния под дверью и долгого упрашивания было нельзя. Но сама она ходила везде, могла без спросу брать не только Лешкины вещи, но и матери, и отчима. Лешкины она еще и постоянно портила — просто так, без особой цели.
— А чего жалеть этот нищенский хлам! — говорила она.
В школе у нее была компания таких же, как она, горячо любящих себя избалованных бездельниц. Несчастные, бесправные учителя не могли справиться с обнаглевшими «деточками», способными и учителю нецензурно ответить или одежду грязью измазать.
Алене всегда по первой просьбе покупалось все самое модное и лучшее. Лешке — что придется.
— Неужели ты неспособен уступить сестре? Она девочка, для нее это важнее! — вычитывал ему отец.
Зато Лешке вменялось в обязанность помогать сестре с уроками (как будто она их учила!), следить за тем, чтобы днем она хорошо кушала и чтобы одевалась по погоде. А еще защищать ее от «школьных хулиганов». От этой идеи Лешку просто-таки истерический смех одолевал, ибо он-то прекрасно знал, что Алена как раз и есть первейшая школьная хулиганка! Это других от нее защитить бы не мешало.
