— Без её постоянных требований денег? Думаю, справимся.
Они сидели молча. За окном бушевала непогода, а на кухне было тепло и тихо. Павел смотрел на жену и впервые за долгое время по-настоящему видел её. Усталые глаза с тёмными кругами, опущенные плечи, руки, нервно теребящие край чашки. Его Света, которая когда-то смеялась по любому поводу, превратилась в измученную женщину.
— Прости меня, — сказал он тихо. — Я был трусом. Боялся маму обидеть, а тебя обижал каждый день.
Светлана подняла на него глаза. В них блеснули слёзы.
— Знаешь, что самое страшное? Я начала ненавидеть тебя. Своего мужа, которого люблю. Ненавидеть за слабость, за молчание, за то, что ты всегда выбираешь её, а не меня.
Слёзы покатились по её щекам. Павел встал, обошёл стол и обнял жену. На этот раз она не отстранилась, уткнулась лицом ему в грудь и заплакала. Плакала долго, выплёскивая всю накопившуюся боль и обиду.
— Я верну деньги, — сказал Павел, гладя её по голове. — Заставлю маму вернуть хотя бы часть. Продаст дачу или ещё что-то придумаем. Но деньги верну.
— Дело не в деньгах, — всхлипнула Светлана. — Дело в том, что я не чувствую себя твоей семьёй. Будто я временная, а настоящая семья — это твоя мать.
Павел взял её лицо в ладони, заставил посмотреть на себя.
— Ты моя семья. Единственная и настоящая. Я просто… я всю жизнь не мог ей перечить. Она всегда всё за меня решала, и я привык. Но это кончилось. Обещаю.
— Не обещай, — Светлана вытерла слёзы. — Просто сделай. Поставь границы. Скажи своей свекрови, что у нас своя жизнь, свои планы, своя семья. Что мы будем помогать, но в разумных пределах. Что она не может приходить без приглашения, распоряжаться нашими деньгами, унижать меня.
Павел кивнул. Он понимал, что это будет нелегко. Мать не привыкла к отказам, особенно от него. Будут скандалы, обиды, шантаж больным сердцем. Но глядя на жену, на её усталое, но всё ещё любимое лицо, он понимал — если не сделает этого сейчас, потеряет её навсегда.
Утром Нина Петровна всё-таки пришла. Появилась в девять часов, с полными сумками продуктов, громко возмущаясь погодой и ценами в магазинах. Павел встретил её в прихожей.
— Мама, я же просил не приходить.
— Ерунда какая! — отмахнулась свекровь. — Я продукты купила, чтобы всё пропало? Где эта твоя Светка? Опять спит до обеда?
— Света на кухне. И она не спит, а собирается на работу.
Нина Петровна прошла в квартиру, не разуваясь. Мокрые следы остались на чистом полу. Светлана как раз выходила из кухни с чашкой кофе.
— А, невестка проснулась! — голос свекрови был полон сарказма. — Небось опять на своей работе до ночи пропадать будешь? Нормальная жена дома сидит, мужа ждёт!
Светлана поставила чашку на тумбочку в коридоре. Её движения были спокойными, размеренными. Она посмотрела на мужа, потом на свекровь.
— Нина Петровна, вам нужно уйти.
— Что? Как это уйти? Я к сыну пришла!
— Вас не приглашали. Паша вчера чётко сказал — не приходить. Вы не послушались. Поэтому уходите.
Нина Петровна покраснела от возмущения.
