Сорок минут ожидания тянулись как часы. Галина Ивановна устроилась на кухне, невозмутимо попивая чай, который сама же и заварила. Татьяна стояла у окна в гостиной, сжимая в руках документы на квартиру. Она перечитывала строчки, где чёрным по белому было написано: «Единоличный собственник — Татьяна Сергеевна Крылова».
Когда в замке повернулся ключ, она даже не обернулась. Она узнала походку мужа — торопливую, чуть виноватую.
— Мам? Тань? Что случилось?
Максим вошёл в гостиную, его взгляд метался между матерью и женой. На его лице читалось беспокойство пополам с раздражением — его явно оторвали от важного совещания.
— Твоя жена устроила скандал из-за того, что я зашла продукты принести, — Галина Ивановна первой взяла инициативу. — Кричит, требует ключи вернуть. Будто я чужая какая-то!
— Максим, — Татьяна наконец повернулась к мужу. — Это правда, что ты дал своей матери разрешение сделать дубликат ключей от МОЕЙ квартиры?
Он замялся, потёр шею — верный признак, что ему неловко.
— Тань, ну что ты так… Мама же хотела помочь. Она иногда приходит прибраться, еду приготовить. Мы же оба работаем допоздна…
— Это МОЯ квартира, — Татьяна произнесла каждое слово чётко и раздельно. — Моё наследство. Моя собственность. Ты не имел права распоряжаться моими ключами!
— Но мы же муж и жена! — Максим начал заводиться. — Какая разница, чья квартира? Мы же семья!
— Семья? — Татьяна усмехнулась. — Семья — это когда решения принимают вместе. А не когда муж за спиной жены раздаёт ключи от её собственности!
— Ты преувеличиваешь, — Максим попытался взять её за руку, но она отстранилась. — Мама просто хочет помочь…
— Твоя мама хочет контролировать! — Татьяна больше не сдерживалась. — Она приходит сюда, переставляет мебель, перекладывает мои вещи, лезет в шкафы! Вчера я нашла свои документы переложенными в другое место. ЛИЧНЫЕ документы!
— Я просто навела порядок, — подала голос Галина Ивановна. — Они валялись где попало…
— Они лежали в МОЁМ письменном столе, в МОЕЙ квартире!
Татьяна подошла к свекрови вплотную и протянула раскрытую ладонь.
— Максим, — Галина Ивановна посмотрела на сына с укором. — Ты позволишь так со мной разговаривать?
Максим растерянно переводил взгляд с матери на жену. Татьяна видела эту внутреннюю борьбу — он разрывался между двумя женщинами, и это было написано на его лице крупными буквами.
— Тань, может, не надо так резко… Мама же не со зла…
— Максим, — голос Татьяны стал очень тихим. — Если твоя мать сейчас же не отдаст ключи от моей квартиры, я завтра пойду к нотариусу и оформлю дарственную. Только не на тебя.
В комнате повисла тишина. Галина Ивановна открыла рот, но не издала ни звука. Максим побледнел.
— Ты… ты что несёшь? На кого дарственную?
— На свою двоюродную сестру. Она живёт в другом городе, ей как раз нужна квартира здесь. А мы с тобой снимем однушку на окраине. И будем жить там вдвоём. Без твоей мамы. Потому что у неё не будет ключей от съёмной квартиры.
— Это шантаж! — выкрикнула Галина Ивановна.
