— Света, открой дверь, я знаю, что ты дома! — голос свекрови прорезал утреннюю тишину квартиры, как сирена скорой помощи.
Светлана Михайловна застыла с чашкой кофе в руках. Часы на кухне показывали половину восьмого утра. В субботу. Она медленно поставила чашку на стол и прислушалась. За дверью раздавалось нетерпеливое шуршание — Валентина Петровна, её свекровь, явно рылась в сумке в поисках чего-то.
Потом раздался звук, от которого у Светланы похолодело внутри — скрежет ключа в замочной скважине. Откуда у неё ключи? Светлана вскочила и бросилась в коридор как раз в тот момент, когда дверь начала открываться.
— Валентина Петровна? — её голос прозвучал выше обычного. — Что вы здесь делаете?
Свекровь вошла в квартиру с видом полноправной хозяйки. За ней в дверном проёме маячили два крупных чемодана и несколько коробок. Валентина Петровна была одета в своё лучшее пальто, причёска была свежей, будто она только что из парикмахерской. На её лице играла торжествующая улыбка.
— Что значит, что я делаю? Я приехала жить к вам. Павлик же тебе сказал, что я сегодня переезжаю.
Светлана почувствовала, как земля уходит из-под ног. Павел, её муж, ничего ей не говорил. Вообще ничего.
— Павел мне ничего не говорил, — она старалась говорить спокойно, хотя внутри всё кипело. — И вообще, откуда у вас ключи от нашей квартиры?
Валентина Петровна закатила глаза, будто Светлана спрашивала очевидные вещи.
— Павлик дал. Месяц назад. Сказал, чтобы я потихоньку готовилась к переезду. Он хотел тебя подготовить постепенно, но я решила — зачем тянуть? Я же мать, мне не нужно спрашивать разрешения, чтобы жить с сыном.
Она прошла мимо ошарашенной Светланы и направилась прямиком в гостиную, оценивающе оглядываясь по сторонам.
— Так, диван придётся передвинуть. И этот журнальный столик совсем не к месту. Я привезла свой любимый торшер, он будет смотреться гораздо лучше в этом углу.
Светлана стояла в коридоре, пытаясь осмыслить происходящее. Её свекровь, женщина, с которой она виделась раз в месяц на семейных обедах и каждый раз расходилась с головной болью от её бесконечных поучений, собиралась жить с ними. В их двухкомнатной квартире. И Павел знал об этом месяц. Целый месяц он водил её за нос, делая вид, что всё в порядке.
Она достала телефон и набрала номер мужа. Гудки показались ей бесконечными.
— Алло, Светик, привет, — голос Павла был неестественно бодрым. — Как дела?
— Твоя мать здесь. С чемоданами. Говорит, что переезжает к нам жить.
На том конце повисла тишина. Потом послышался нервный смешок.
— Ну да, я хотел тебе сказать… Просто не нашёл подходящего момента. Ты же знаешь, маме тяжело одной, она продала свою квартиру…
— Что? — Светлана не верила своим ушам. — Она продала квартиру? Когда?
— Две недели назад. Покупатели уже заехали. Ей некуда идти, Свет. Она же моя мать.
