— Свекровь сюда не переедет! Выбирай — или я с детьми, или твоя мамочка! — взорвалась Лена, когда муж предложил поселить его мать в комнате их сына.
Максим застыл с ложкой супа на полпути ко рту. За окном моросил октябрьский дождь, а на кухне повисла такая тишина, что стало слышно тиканье настенных часов. Он медленно опустил ложку в тарелку.
— Лен, не кричи. Мишка услышит.
Их четырёхлетний сын спал в соседней комнате после долгой прогулки в парке. Лена сжала кулаки и заставила себя говорить тише, но каждое слово было пропитано яростью.
— Тогда объясни мне по-человечески, как ты додумался предложить отдать детскую комнату своей матери?
Максим потёр переносицу. Этого разговора он боялся с самого утра, но оттягивать дальше было нельзя. Вчера мама позвонила в слезах. Соседи снова шумели, в подъезде воняло, одиночество её съедало. А тут как раз освободилась комната — их старший сын Артём уехал учиться в другой город.
— Лена, пойми. Мама совсем одна. Ей семьдесят два года. В её доме протекает крыша, батареи еле греют. А у нас есть свободная комната.
— Свободная? — Лена встала из-за стола так резко, что стул едва не опрокинулся. — Это комната Мишки! Да, там сейчас стоит раскладушка Артёма, но когда он приедет на каникулы?
— Мишка пока может спать с нами. Он маленький, места много не займёт.
— А когда Артём приедет? Куда мы его денем? На балкон?
Максим начал терять терпение. Он работал на двух работах, чтобы семья ни в чём не нуждалась, а теперь ему ещё и объяснять надо, почему нельзя оставить мать на произвол судьбы.
— Разберёмся как-нибудь. Главное, что мама будет рядом. Она нам поможет с Мишкой, по хозяйству. Тебе же легче станет.
Лена рассмеялась, но этот смех больше походил на рычание разъярённого зверя.
— Легче? Твоя мать мне поможет? Максим, она даже чашку за собой не моет! Когда приезжает в гости, я превращаюсь в прислугу. Завтрак в постель, обед по расписанию, ужин только из домашнего. А ещё постоянные замечания: тут пыль, там не так лежит, Мишку ты неправильно воспитываешь.
— Не преувеличиваю! — голос Лены сорвался на крик, но она тут же взяла себя в руки и продолжила тише. — В прошлый раз она сказала, что суп у меня как вода, а котлеты жёсткие. При Мишке! Он потом три дня отказывался есть мою еду, требовал «как у бабушки».
Максим вздохнул. Да, мама бывала резковата, но она же не со зла. Просто привыкла быть хозяйкой в доме.
— Лена, она старый человек. Ей тяжело перестраиваться. Но если она будет жить с нами, всё наладится. Она привыкнет к нашим порядкам.
