В понедельник утром на работе её вызвал начальник.
— Наталья Сергеевна, у нас тут ситуация деликатная. Ваша свекровь названивает в приёмную, требует встречи. Говорит, что вы похитили семейные ценности. Угрожает обратиться в правоохранительные органы. Что нам делать?
Наташа почувствовала, как внутри поднимается волна ярости. Но лицо осталось спокойным.
— Александр Петрович, приношу извинения за доставленные неудобства. Это семейный конфликт, который моя свекровь пытается решить недопустимыми методами. Если она продолжит звонить, соедините её с юридическим отделом. Пусть ей объяснят последствия ложных обвинений и вмешательства в работу компании.
— Понял. Не переживайте, мы всё уладим.
Выйдя из кабинета, Наташа достала телефон и набрала Константина. Он ответил с первого гудка.
— Наташа! Слава богу! Я уже думал…
— Костя, передай своей матери: если она ещё раз позвонит на мою работу или попытается меня преследовать, я подам заявление в суд. У меня есть записи с камер наблюдения, где она пытается выломать дверь в мою квартиру. Есть свидетели её угроз. И есть очень хорошие юристы в нашей компании, которые с удовольствием займутся этим делом.
— Наташа, она же не со зла! Она просто переживает!
— А ещё передай ей, что никаких семейных ценностей я не брала. Все её подарки в коробке у тебя дома. Если она имеет в виду мои личные вещи, которые я забрала из нашей квартиры, то это моя собственность.
— Наташа, давай встретимся! Поговорим!
— Мы уже говорим. И я сказала всё, что хотела. Если твоя мать продолжит меня преследовать, следующий разговор будет в суде.
Она отключилась. Затем открыла контакты и заблокировала номер Зинаиды Петровны. Подумала и заблокировала Константина тоже. Хватит. Три года она пыталась быть хорошей невесткой, примерной женой, сохранять мир в семье. И что получила взамен? Унижения, неуважение и ложь.
Следующие две недели прошли спокойно. Наташа погрузилась в работу. Новый проект требовал полной отдачи, и она была этому рада. Работа отвлекала от мыслей о рухнувшем браке. Коллеги заметили, что она стала более сосредоточенной, более решительной. Некоторые даже говорили, что она словно расцвела.
В один из вечеров, когда Наташа засиделась в офисе допоздна, охранник сообщил, что внизу её ждёт посетитель. Наташа спустилась. В холле сидел Константин. Он похудел, осунулся. В руках держал папку с документами.
— Не уходи, прошу, выслушай меня, — быстро заговорил он, увидев, что она разворачивается.
— Я много думал эти недели. О нас, о маме, обо всём. Ты была права. Я действительно не защищал тебя. Я действительно позволял маме вмешиваться в нашу жизнь. Я думал, что так правильно, что нужно уважать старших, что семья — это святое. Но я не понимал, что моя семья — это прежде всего ты.
— Я поговорил с психологом. Да, представь себе, пошёл к психологу. Он объяснил мне про границы, про созависимость, про то, что я так и не отделился от матери. И знаешь что? Я переехал.
— Куда переехал? — удивилась Наташа.
