— Временно? До её… Андрей, ей семьдесят лет, и она здоровее нас обоих. Мы что, всю жизнь будем терпеть её издевательства?
— Не говори так о моей матери!
— А ты хоть раз встань на мою защиту! Хоть раз скажи ей, что она неправа!
Андрей отвернулся к стене.
— Я устал. Давай спать.
Марина лежала в темноте и смотрела в потолок. Слёзы текли по щекам, но она не издавала ни звука. Она не хотела, чтобы свекровь услышала и торжествовала.
На следующий день случилось то, что переполнило чашу терпения. У Марины была презентация крупного проекта для японских партнёров. Она предупредила всех заранее, повесила на дверь табличку «Не беспокоить», попросила соблюдать тишину.
Первые полчаса всё шло хорошо. Марина представляла проект, японцы кивали, задавали вопросы. И тут дверь распахнулась. В комнату вошла свекровь с пылесосом.
— Ой, я не знала, что ты тут сидишь! — громко сказала она, хотя прекрасно видела табличку.
Марина жестами попыталась показать ей, чтобы она вышла, но Галина Петровна сделала вид, что не понимает.
— А что это у тебя на экране? Китайцы какие-то? Ты что, с китайцами работаешь? Вот до чего страна докатилась, с китайцами якшаемся!
— Извините, — пробормотала Марина на английском, обращаясь к ошеломлённым японским партнёрам. — Технические проблемы.
Она выключила камеру и микрофон, вскочила с места.
— Выйдите немедленно!
— Не смей на меня голос повышать в моём доме! — свекровь включила пылесос на полную мощность. Марина выхватила шнур из розетки. Они стояли друг напротив друга, и в глазах обеих полыхала ненависть.
— Вы специально это делаете. Специально пытаетесь испортить мою работу.
— А что твоя работа? Сидеть дома и деньги загребать? Знаю я таких, как ты. Залезла к моему сыну на шею, теперь ещё и квартиру мою хочешь отобрать!
— Я хочу просто нормально жить! И работать! И чтобы меня уважали в собственном доме!
— В собственном? — Галина Петровна рассмеялась. — Милочка, это мой дом. А ты тут гостья. Нежеланная гостья. И чем быстрее ты это поймёшь, тем лучше для всех.
В этот момент вернулся к видеоконференции было уже поздно. Японцы отключились. Марина знала, что потеряла контракт. Контракт на три миллиона рублей.
Вечером она поставила Андрею ультиматум.
— Или мы съезжаем отсюда, или я уезжаю одна.
— Марин, ты же понимаешь, мы не можем съехать. У нас нет денег на аренду, всё ушло на лечение отца. А тут бесплатная квартира.
— Бесплатная? Андрей, я сегодня потеряла контракт на три миллиона из-за твоей матери! Это не бесплатная квартира, это золотая клетка!
— Она не специально…
— Специально! Она всё делает специально! Она ненавидит меня и хочет, чтобы я ушла!
— Ну и что ты предлагаешь?
Марина глубоко вздохнула.
— Поговори с ней. Серьёзно поговори. Установи правила. Скажи, что с девяти до шести в доме должна быть тишина, потому что я работаю. Скажи, что она не имеет права входить в нашу комнату без стука. Скажи…
— Я не могу ей указывать в её доме!
— Это и твой дом тоже! По завещанию!
— Нет, Марина. Это её дом. А мой он станет только… только потом.
