— Ой, Катя, — Лена улыбнулась, будто ничего особенного не происходило. — Просто порядок навожу. Тут так… хаотично всё.
— Это мой дом, — сказала Катя, стараясь говорить спокойно. — И мои вещи. Не трогай их.
Лена пожала плечами, но убрала руки от шкафа.
— Я просто хотела помочь, — сказала она. — Серж сказал, что ты не против.
— Серж ошибается, — отрезала Катя. — И ты тоже. Уходи.
Лена посмотрела на неё, и её улыбка стала холоднее.
— Ты уверена, что хочешь так со мной говорить? — спросила она. — Серж сказал, что вы скоро разъедетесь. Я просто готовлюсь.
Катя почувствовала, как внутри всё закипает. Она шагнула ближе, глядя Лене в глаза.
— Это мой дом, — повторила она. — И я никуда не уйду. А ты… ты здесь никто.
Лена открыла было рот, чтобы ответить, но в этот момент в кухню вошёл Димка. Он смотрел на них широко открытыми глазами, сжимая в руках свой рюкзак.
— Мам, — сказал он тихо. — Что происходит?
Катя заставила себя улыбнуться, хотя внутри всё дрожало.
— Ничего, малыш, — сказала она, беря его за руку. — Пойдём, я помогу тебе с уроками.
Она увела Димку в его комнату, но сердце колотилось. Она понимала: это не просто спор за квартиру. Это борьба за её жизнь, за её сына, за её право быть собой.
На следующее утро Катя получила письмо от юриста. Он сообщил, что Сергей подал заявление на раздел имущества. Это означало, что борьба за квартиру официально началась. Катя сидела за кухонным столом, глядя на экран ноутбука, и чувствовала, как страх смешивается с решимостью. Она не знала, что будет дальше, но знала одно: она не сдастся.
В тот же день она поехала к родителям. Они жили в старой хрущёвке на окраине Москвы. Мама, увидев её, сразу всё поняла.
— Катенька, — сказала она, обнимая её. — Что он творит, этот твой Сергей?
— Мам, не начинай, — Катя вздохнула, садясь за стол. — Я разберусь. Просто… мне нужно время.
Отец, молчаливый и суровый, как всегда, поставил перед ней кружку чая.
— Ты сильная, — сказал он. — Всегда была. Не дай ему себя сломать.
Катя кивнула, чувствуя, как слёзы опять подступают. Но она не плакала. Она пила чай, слушала, как мама вспоминает старые истории, и думала о том, что ей нужно сделать.
Вечером, вернувшись домой, она застала Сергея одного. Он сидел на диване, листая телефон. Лена, к счастью, отсутствовала.
— Нам нужно поговорить, — сказала Катя, садясь напротив.
— Опять? — он закатил глаза. — Катя, я устал от твоих сцен.
— Это не сцены, — она посмотрела ему в глаза. — Это наша жизнь. Моя, Димкина, твоя. Ты правда готов всё разрушить? Ради неё?
Сергей молчал, глядя в сторону. Впервые за эти недели в его глазах мелькнуло что-то похожее на сомнение.
— Я не знаю, — сказал он наконец. — Я просто… я хочу быть счастливым.
— А мы? — спросила Катя. — Я, Димка? Мы не заслуживаем счастья?
Он не ответил. Просто встал и ушёл в спальню. Катя смотрела ему вслед, и в её голове крутился только один вопрос: как далеко он готов зайти? И хватит ли у неё сил, чтобы остановить его?
