— Нет, Серж, — Катя встала, чувствуя, как внутри растёт решимость. — Это ты хватит. Ты привёл её сюда, в наш дом, при нашем сыне. Ты хочешь всё разрушить, но я тебе этого не позволю.
Лена фыркнула, ставя пакет на стол.
— Катя, послушай, — начала она, но Катя перебила.
— Нет, это ты послушай, — сказала она, и её голос стал твёрже. — Я не знаю, что он тебе наобещал, но эта квартира — не его игрушка. И я не уйду. А теперь уходи ты.
Лена открыла было рот, но, увидев взгляд Кати, замолчала. Она посмотрела на Сергея, ожидая, что он вмешается, но тот только отвернулся. Лена схватила свой пакет и вышла, хлопнув дверью. Катя посмотрела на Сергея.
— Это был твой выбор, — сказала она. — А теперь мой черёд выбирать.
Следующие недели были как марафон. Катя работала в дизайн-студии, погружаясь в проекты. Её второй проект — оформление кафе в центре Москвы — получил похвалу не только от клиентов, но и от коллег. Она приходила домой уставшая, но счастливая, чувствуя, как с каждым днём возвращается к себе. Димка, видя, что мама улыбается чаще, тоже стал оживать. Он начал рассказывать ей о школе, о друзьях, даже показал свои новые рисунки — яркие, полные жизни.
Сергей, напротив, становился всё мрачнее. Лена появлялась реже, и Катя слышала, как они ссорятся в прихожей. Однажды она застала обрывок их разговора.
— Ты сказал, что всё решишь! — шипела Лена. — А она до сих пор тут!
— Я пытаюсь, — огрызнулся Сергей. — Это не так просто.
Катя не стала вмешиваться. Она просто закрыла дверь в свою комнату и продолжила работать над эскизами. Ей было всё равно, что там у них происходит. Она строила свою жизнь — для себя, для Димки.
Юрист тем временем готовил документы. Катя узнала, что имеет право на половину квартиры, а также на алименты для Димки. Это придало ей уверенности, но она понимала: борьба будет долгой. Сергей не собирался сдаваться, и его адвокат уже начал присылать письма с требованиями продать квартиру и разделить деньги.
Однажды вечером, когда Катя вернулась с работы, она застала Сергея в гостиной. Он сидел на диване, держа в руках старую фотографию — их свадьбу. Катя замерла, не зная, что сказать.
— Помнишь? — спросил он тихо, не глядя на неё.
— Помню, — ответила она, садясь напротив. — Но это было давно.
Он кивнул, всё ещё глядя на фото.
— Я не хотел, чтобы так получилось, — сказал он. — Я просто… я запутался.
Катя посмотрела на него, и в её груди шевельнулась жалость. Но не любовь. Любовь ушла, растворилась где-то между его холодными словами и чужой женщиной в их доме.
— Ты сделал выбор, Серж, — сказала она. — И я сделала свой.
Он поднял на неё глаза, и в них было что-то, чего она не ожидала — сожаление.
— Я могу всё исправить, — сказал он. — Лена… это было ошибкой. Мы можем начать заново.
Катя рассмеялась — тихо, горько.
— Заново? — переспросила она. — После всего, что ты сделал? Ты выгонял меня и Димку, приводил её сюда, говорил, что я никто. И теперь хочешь «заново»?
— Я был неправ, — он опустил голову. — Я не хочу терять вас.
