— Я просто не понимаю, — сказала она тихо, не оборачиваясь. — Почему Катя не может сама разобраться? У неё есть работа, она не безрукая.
— У неё сейчас нет работы, — признался Олег, и его голос стал тише. — Уволили пару месяцев назад. Она… ну, в общем, живёт на фрилансе. Пытается.
— Пытается, — повторила Валентина, чувствуя, как слово горчит на языке. — А мы, значит, должны её спасать?
— Валя, не делай из этого трагедию, — Олег подошёл к ней, положил руку на плечо. — Это временно. Я поговорю с ней, она найдёт работу, вернёт деньги.
Валентина повернулась, посмотрела ему в глаза. В них была смесь усталости и какой-то мальчишеской надежды. Олег всегда так смотрел, когда говорил о сестре — будто она была ребёнком, которого надо опекать.
— Хорошо, — сказала она наконец. — Давай я посмотрю, сколько у нас свободных денег. Но это не значит, что я согласна. Мы обсудим.
— Вот и отлично! — Олег улыбнулся, будто всё уже решено. — Я знал, что ты поймёшь.
Но Валентина не понимала. Она легла спать с тяжёлым чувством, будто её загнали в угол. В темноте спальни, под монотонный шум дождя за окном, она ворочалась, не в силах уснуть. Почему она должна жертвовать их планами ради Кати? Почему Олег даже не спросил её мнения, а просто поставил перед фактом? И главное — что будет, если она откажется?
Утро следующего дня началось с запаха кофе и звука телефонного звонка. Валентина, ещё в пижаме, сидела за кухонным столом, листая бюджет в приложении на телефоне. Олег уже ушёл на работу, оставив записку: «Позвоню в обед, обсудим».
— Алло? — она подняла трубку, не глядя на экран.
— Валя, привет! Это Катя! — голос сестры Олега был звонким, как колокольчик, будто она звонила с курорта, а не из долговой ямы. — Слышала, у тебя повышение? Поздравляю!
— Спасибо, — сухо ответила Валентина, чувствуя, как пальцы сжимают телефон. — Чем могу помочь?
— Ой, да ладно тебе, — хихикнула Катя. — Олег рассказал про мои… ну, трудности. Я просто хотела сказать, что это временно, правда! Я уже ищу работу, скоро всё наладится.
— Катя, — Валентина старалась говорить ровно, — триста тысяч — это не мелочь. Откуда такие долги?
В трубке повисла пауза. Потом Катя заговорила, и её голос стал чуть менее бодрым:
— Ну… знаешь, жизнь. Хотела пожить красиво, пока молодая. Поездки, шмотки, рестораны. Карта как-то быстро заполнилась.
— И ты не думала, как будешь отдавать? — Валентина не смогла сдержать резкости.
— Думала, конечно! — Катя повысила голос, будто защищаясь. — Просто… всё навалилось. Уволили, заказов мало. Но я справлюсь, Валя, честно! Просто нужна маленькая помощь.
Валентина закрыла глаза, чувствуя, как пульсирует висок. Маленькая помощь. Триста тысяч. Она вспомнила, как они с Олегом два года копили на ремонт ванной, отказывая себе в новых гаджетах, в поездках, даже в походах в кино. А Катя за пару месяцев спустила целое состояние на «красивую жизнь».
— Я подумаю, — сказала она наконец. — Но, Катя, ты понимаешь, что это наши деньги? Мы с Олегом тоже планировали…
