— Ты опять про развод? — спросил он, и его голос дрогнул.
— Я не хочу развода, — Света покачала головой. — Но я не хочу жить, постоянно выбирая между тобой и мамой.
Тишина повисла в комнате, тяжёлая, как мокрый асфальт за окном. Вадим встал, прошёл к окну и долго смотрел на улицу. Света ждала, чувствуя, как сердце колотится.
Кульминация наступила неожиданно. На следующий день Вадим сам позвонил Галине Ивановне.
— Галина Ивановна, я отвезу вас на дачу, — сказал он, и Света, услышав это, чуть не выронила чашку. — Но я хочу, чтобы вы знали: это не ради вас. Это ради Светы.
Света посмотрела на мужа, и её сердце сжалось от смеси благодарности и удивления.
— Ты серьёзно? — шёпотом спросила она, когда он положил трубку.
— Серьёзно, — кивнул он. — Но я хочу, чтобы ты тоже меня услышала. Я делаю это, потому что люблю тебя. Но мне нужно, чтобы мы были на первом месте.
— Вы и есть на первом месте, — Света взяла его за руку. — Ты и Лиза — мои главные люди. Но мама… она тоже часть меня.
Вадим кивнул, и в его взгляде мелькнула тень понимания.
Поездка на дачу прошла на удивление спокойно. Галина Ивановна, почувствовав напряжение, старалась не лезть с разговорами. Она сидела на заднем сиденье, глядя на проплывающие за окном поля, и только изредка указывала дорогу. Лиза напевала песенку, а Вадим молча вёл машину, но его плечи были не такими напряжёнными, как обычно.
На даче оказалось, что труба — не просто протечка. Вода залила подвал, и Галина Ивановна растерянно стояла у входа, глядя на лужи.
— Беда, — пробормотала она. — Это надо мастера вызывать…
Вадим вздохнул, закатал рукава и спустился в подвал.
— Давайте я посмотрю, — сказал он. — Может, обойдёмся без мастера.
Света с удивлением наблюдала, как муж, которого она привыкла видеть за компьютером в офисе, возится с ржавыми трубами, что-то бормоча себе под нос. Галина Ивановна стояла рядом, подавая ему инструменты, и впервые за долгое время между ними не было напряжения.
— Вадим, ты молодец, — вдруг сказала она, когда он, перепачканный, но довольный, выбрался из подвала. — Я и не знала, что ты такой рукастый.
— Да я сам не знал, — усмехнулся он. — Но вроде справился.
Этот день стал поворотным. Вадим, сам того не ожидая, почувствовал что-то новое. Галина Ивановна, которая всегда казалась ему обузой, вдруг оказалась просто женщиной, которая любит свою дочь и внучку. И, может быть, не такой уж плохой.
— Свет, — сказал он вечером, когда они вернулись домой, и Лиза уже спала. — Я был неправ.
Света замерла, не веря своим ушам.
— В смысле? — переспросила она.
— Я думал, что твоя мама — это проблема, — он говорил медленно, подбирая слова. — Но сегодня… я увидел, как она смотрит на Лизу. Как она переживает за свой дом. И понял, что для тебя она — не просто тёща. Она твоя семья.
Света почувствовала, как слёзы подступают к глазам.
— Спасибо, — прошептала она. — Ты не представляешь, как это для меня важно.
