Света молчала, переваривая услышанное. Ей было больно, но в то же время она чувствовала странное облегчение — наконец-то он говорил правду.
— Почему ты не рассказал мне? — спросила она тихо. — Я же не монстр, Олег. Я бы поняла, если бы ты объяснил.
— Я боялся, — признался он. — Боялся, что ты скажешь: выбирай. Между мной и Егором.
— Я никогда не заставляла тебя выбирать, — возразила она. — Но я хочу быть частью твоей жизни. Полностью. А не той, от которой ты прячешь правду.
Они сидели на кухне до полуночи, разговаривая. Впервые за долгое время Света чувствовала, что он не уходит от ответа, не отмахивается. Но в её душе всё ещё оставался комок сомнений. Сможет ли он измениться? Или Ирина и Егор всегда будут стоять между ними?
На следующий день Олег предложил встретиться с Егором.
— Может, если ты его лучше узнаешь, тебе будет проще, — сказал он. — Он хороший парень, Свет. Правда.
Света согласилась, хотя внутри всё сжималось от страха. Егор был частью Олега, но для неё он оставался чужим. Как найти общий язык с мальчиком, который видит в ней угрозу?
Встреча прошла в парке. Егор оказался худым, долговязым подростком с тёмными глазами, как у Олега. Он поздоровался, буркнув «привет», и тут же уткнулся в телефон. Света пыталась заговорить с ним — о школе, о друзьях, о его любимых играх, — но он отвечал односложно, не поднимая глаз. Олег, наоборот, оживился, рассказывал Егору про свою новую работу, шутил, пытался разрядить обстановку.
— Пап, можно я пойду? — наконец сказал Егор, когда они остановились у ларька с мороженым. — Мне с пацанами надо встретиться.
Олег кивнул, хотя в его взгляде мелькнула грусть.
— Конечно, сын. Позвони мне потом, ладно?
Егор ушёл, а Света почувствовала себя ещё более чужой.
— Он не хочет меня знать, — сказала она, когда они остались вдвоём. — Для него я просто… никто.
— Дай ему время, — Олег взял её за руку. — Он привыкнет.
Но время шло, а ничего не менялось. Ирина продолжала звонить, Олег продолжал переводить деньги, хотя теперь он предупреждал Свету. Но каждый перевод всё равно был как укол. Света начала замечать, что Олег стал реже говорить о будущем — о ремонте, о поездке на море, о детях, которых они когда-то планировали. Словно его мысли были заняты другим.
Однажды вечером, когда Света проверяла выписку, она увидела новый перевод — тридцать тысяч. Олег был в ванной, и она, не выдержав, ворвалась туда с телефоном в руке.
— Это что? — спросила она, показывая экран. — Ты опять? Без разговора со мной?
Олег вытер лицо полотенцем, его взгляд был усталым.
— Свет, это на операцию. У Егора проблемы с зубами. Это срочно.
— Операция? — она почувствовала, как земля уходит из-под ног. — Почему ты не сказал?
— Потому что ты бы опять начала… — он осёкся, но было поздно.
— Начала что? — её голос задрожал. — Переживать за нашу семью? За наши деньги? За то, что ты всё решаешь за меня?
— Света, хватит! — он повысил голос. — Я не могу разорваться! Егор — мой сын, понимаешь? Я не могу бросить его!
