— А меня ты можешь? — выпалила она и тут же пожалела.
Олег смотрел на неё, и в его глазах была такая боль, что Света почувствовала себя виноватой. Но отступать было некуда.
— Я не хочу, чтобы ты выбирал, — сказала она, стараясь говорить спокойно. — Но я не могу жить так. Если ты не можешь быть честным со мной, если ты не можешь поставить нашу семью на первое место… тогда, может, нам стоит взять паузу.
— Пауза? — он смотрел на неё, как на чужую. — Ты серьёзно?
— Серьёзно, — она отвернулась, чтобы он не увидел слёз. — Мне нужно время. И тебе, похоже, тоже.
Она ушла в спальню, закрыла дверь и впервые за два года их брака заплакала, уткнувшись в подушку. Она любила Олега, но чувствовала, что теряет его. И что хуже — она не знала, как это остановить. А в глубине души она боялась, что следующий звонок Ирины или очередной перевод станет последней каплей…
— Света, нам надо поговорить, — Олег стоял в дверях спальни, держа в руках чашку с чаем. Его голос был тихим, но твёрдым, как будто он полночи репетировал эту фразу.
Света сидела на кровати, обхватив колени. Прошёл день с их последней ссоры, и она до сих пор чувствовала себя так, будто кто-то выдернул из-под неё опору. Она посмотрела на него — тёмные круги под глазами, небритое лицо. Он выглядел не лучше, чем она.
— О чём? — спросила она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — О том, как ты опять перевёл Ирине деньги? Или о том, как я тебе больше не нужна?
Олег поморщился, словно от удара, и сел на край кровати. Чай в чашке чуть расплескался, оставив мокрое пятно на покрывале.
— Ты нужна мне, Свет, — сказал он, глядя ей в глаза. — Больше, чем кто-либо. Но я не знаю, как это доказать.
Она молчала, чувствуя, как внутри борются обида и желание поверить ему. Последние недели были как бег по кругу — ссоры, недомолвки, обещания, которые он не держал. Она устала. Устала быть второй, устала чувствовать себя чужой в собственной семье.
После их разговора о «паузе» Света уехала к Наташе. Подруга встретила её с бутылкой вина и коробкой конфет, но даже Наташин оптимизм не мог вытащить её из той пустоты, что поселилась внутри.
— Свет, ты не можешь вечно бегать от проблем, — сказала Наташа, разливая вино по бокалам. — Либо вы с Олегом находите общий язык, либо… ну, ты понимаешь.
— Понимаю, — Света крутила бокал в руках, глядя, как вино плещется о стекло. — Но как найти этот язык, если он всё время думает об Ирине и Егоре?
— А ты пробовала говорить с Егором? — Наташа прищурилась. — Может, если ты станешь частью его жизни, всё станет проще?
Света покачала головой.
— Он меня не принимает. Для него я чужая.
— Ну, знаешь, — Наташа откинулась на спинку дивана, — дети — они как собаки. Чуют, когда их боятся. Если ты будешь держаться с ним на расстоянии, он так и будет видеть в тебе врага.
Эти слова засели в голове Светы. Она вернулась домой с твёрдым решением — попробовать. Не ради Олега, а ради себя. Если их брак должен был выжить, ей нужно было найти способ ужиться с Егором. И с Ириной.
На следующий день она позвонила Олегу.
