— Ты опять без колец, да? — голос Ирины Владимировны раздался из прихожей, едва Лена успела снять куртку. — Неудивительно, что муж у тебя всё время задерживается на работе. Женщина должна выглядеть замужней.
— Добрый вечер, — спокойно ответила Лена, ставя сумку у двери. — Кольца не ношу, пальцы отекают.
— Отекают, — передразнила свекровь. — Сидишь целыми днями дома, от чего им отекать? Всё бы тебе отговорки.
Из кухни пахло жареной рыбой. Лена терпеть не могла этот запах, но сегодня опять пришлось прийти «на ужин к маме». Дима настоял.
— Лен, маме обидно, что мы редко заходим, — сказал он утром, надевая рубашку. — Она скучает, ей тяжело одной.
— Она не одна. Ты каждый день звонишь, а иногда и заезжаешь.
— Не начинай, пожалуйста. Ты же знаешь, какая она. Если не прийти — потом неделю обиды.
И вот они снова здесь. Та же кухня с линолеумом, купленным ещё до Лениных появлений. Те же чашки с выщербленным краем и фраза «чай только с лимоном, без сахара».
Ирина Владимировна хлопнула крышкой кастрюли и уселась напротив. Дима уже налил себе компот, глядя в телефон.
— Димочка, я тут с бухгалтером говорила, — начала она. — Говорит, сейчас выгодно оформить гараж на меня. Там с налогами проще, и ответственность меньше.
— Мам, потом разберёмся, — отмахнулся он.
— Какой потом? Всё надо делать вовремя. Вы ведь с Леной ничего не понимаете в бумагах.
Лена сжала ложку так, что побелели пальцы.
— Ирина Владимировна, гараж-то мы покупали на общие деньги, — тихо заметила она. — Может, оформить на Диму хотя бы?
— Девушка, вы опять начинаете, — свекровь посмотрела поверх очков. — У нас всё в семье. Какая разница, на кого оформлено? Главное — на надёжного человека.
— На вас, значит, — не удержалась Лена.
— На человека с опытом. Ты ведь даже договор прочитать не сможешь, не то что разобраться.
Дима тяжело вздохнул:
— Мам, давай без этого, ладно? Лена у меня умная, не переживай.
— Умная… — фыркнула она. — Умные не сидят дома без дела. Вот раньше женщины были хозяйками — и порядок, и уважение. А сейчас — блоги какие-то ведут, всё телефоны, телефоны…
— А что плохого в блогах?
— Да глупость это! — вмешался Дима. — Мам права, ты бы лучше чем-то реальным занялась.
— Ну… не знаю. Работу нашла бы, что ли. А то дома только телефон и кошка твоя.
— Твоя кошка, между прочим, — сказала Лена. — Ты сам её принес.
Он не ответил. Сделал вид, что зачитался новостями. Ирина Владимировна довольно улыбнулась, как будто выиграла очко в споре.
На обратном пути Лена молчала. Вечерняя Москва скользила за окном — мокрый асфальт, рекламные щиты, очереди у аптек. Ноябрь был тёмный, липкий, промозглый. Из динамиков шептал радио-ведущий про пробки и курс валют.
— Мам просто волнуется, — произнёс Дима, не глядя на неё. — Не надо обижаться.
— Я не обижаюсь, — ответила она. — Просто устала от её «девушка». Мы десять лет женаты, а я всё девушка.
— Это у неё привычка, — он пожал плечами. — Не обращай внимания.
— Я стараюсь. Но тяжело, Дим.
Он покосился на неё краем глаза, потом снова уткнулся в дорогу.
