Анна ехала домой с работы и злилась. Не на пробку — её-то она знала как таблицу умножения, и на кольцевой после шести вечера ничего другого ждать не приходилось. Не на клиентов, которые опять в последний момент передумали подписывать договор, потому что «подождём падения цен» — ага, подождите, рынок рухнет специально для вас. И даже не на мужа, который обещал забрать из химчистки её пальто ещё неделю назад и до сих пор «забывает». Нет. Она злилась на предстоящее: семейный ужин у свекрови.
— «Просто посидим, по-семейному», — напомнила она себе вслух и скривилась.
Она знала эти «посидим». Начиналось всё с борща и кивков про здоровье, а заканчивалось всегда одинаково: Тамара Павловна находила повод ткнуть Анну в её «холодность» или «эгоизм», а Марина — свояченица, взрослая тётка под сорок, но всё ещё «бедная девочка» — подливать слёзки в тарелку. Игорь, муж Анны, вечно сидел между ними, как школьник между мамой и училкой, и только разводил руками.
Анна, конечно, могла отказаться. Она умела ставить границы. Но Игорь попросил: «Ну, Ань, мама обидится. Ей важно, чтобы мы были вместе». Вот и едут.
У подъезда Тамары Павловны стояли две одинаковые «Лады» цвета «пыльная вишня». Анна усмехнулась: в этом дворе даже машины сливались в общее болото.
Квартира свекрови встретила запахом тушёной капусты, смешанной с освежителем «морской бриз». На вешалке — шуба из искусственного меха, рядом аккуратно сложенные пакетики «Пятёрочки».
— Заходите, раздевайтесь, — распорядилась Тамара Павловна, как будто они пришли к директору школы. — Сынок, ну ты опять похудел, всё эта твоя жена на диетах держит?
— Мам, я нормально питаюсь, — вяло отмахнулся Игорь, снимая куртку.
Марина уже сидела на кухне, в розовом свитере с блёстками. Волосы собраны в хвост, на ногтях облупившийся лак. Перед ней кружка с чаем и влажные глаза.
— Привет, Ань, — протянула она голосом «я так страдаю, но держусь».
— Привет, — отозвалась Анна, села напротив и сразу заметила: в углу кухни стоит чемодан.
В голове мелькнула мысль: «О, спектакль начинается».
Первые двадцать минут прошли привычно. Борщ, котлеты, разговоры про ЖКХ, очереди в поликлинике, соседку с пятого этажа, которая «с ума сошла и собаку завела».
А потом Тамара Павловна отложила ложку и посмотрела на Анну поверх очков.
— Ань, я хотела с тобой серьёзно поговорить.
Анна поставила вилку и внутренне приготовилась.
— У нас проблема. Марина осталась без квартиры.
— В смысле? — нахмурился Игорь. — У неё же двушка на Соколиной Горе.
— Продала, — всхлипнула Марина. — Ну, так сложилось… Я же думала… Я же не знала…
— Ты же сама её продавала. И деньги где?
— Потратила, — почти гордо сказала Тамара Павловна. — На лечение. Ты же знаешь, у Марины сердце.
— Минуточку, — Анна положила ладонь на стол. — Лечение бесплатное. По полису.
— Ань, ну нельзя же так. Мы же семья, — вмешалась Марина. Голос дрожал, глаза блестели. — Ты ведь успешная. У тебя сделки, клиенты. Помоги хоть немного.
— Ты предлагаешь, чтобы я купила тебе квартиру?
