Через месяц она уже обустроилась окончательно. Купила кошку из приюта — полосатую, с хитрыми глазами. Назвала Машкой, в честь бабушки. Работала, приходила домой вечером, ставила чайник, включала свет на балконе. Иногда мама приезжала в гости — с вареньем и советами. Но не давила. Просто — по-доброму.
Иногда Настя вспоминала Илью. Не со злостью — просто как человека, который был частью пути. Было, прошло.
Теперь у неё своя дверь, свой ключ и своё утро. Без криков, без споров, без постоянных «ты должна».
Настя стояла у окна и смотрела на город. Октябрь кончался, первый снег падал тонкими нитями, ложился на ветки. Она улыбнулась. — Ну вот, — сказала тихо. — Теперь всё по уму.
И где-то там, в тишине, будто послышалось — будто бабушка смеётся: «Вот теперь правильно, внученька. Вот теперь — по-своему.»
