— Вы что, не подумали, что мы тоже, возможно, хотим завтракать? — спросила она, стараясь говорить спокойно.
— Ой, ну ты же на диете, — махнула рукой свекровь. — А Максим пусть сам разогреет, если проснётся.
Из гостиной донесся голос Игоря:
— Даша, а пульт от телевизора где? Тут ничего непонятно, одни ваши фильмы какие-то.
Она глубоко вдохнула.
Раздались звуки футбольного матча на полной громкости.
Даша заварила кофе и села на ступеньки крыльца. Через минуту к ней присоединился Максим. Он выглядел помятым и явно не выспавшимся.
— Что, тоже бежишь? — она не смогла сдержать лёгкой усмешки.
— Они всегда такие? — он провёл рукой по лицу.
— Ты что, раньше не замечал?
— Ладно, всего пару дней…
— Максим, — Даша повернулась к нему. — Они взяли нашу спальню. Они едят нашу еду, не спросив. Они включают телевизор на всю громкость в семь утра. Это не «гости». Это оккупанты.
— Просто… не хочу ссориться.
В этот момент распахнулась дверь, и на крыльцо выскочила Катя.
— О, вы тут! — она улыбнулась, но глаза оставались холодными. — Даш, у тебя есть зарядка для iPhone? Я свою забыла.
— В спальне, в верхнем ящике.
— Ты не могла бы принести? А то у меня ноготь только что высох… — она показала свежий маникюр.
Даша медленно поднялась.
— Катя, ты в курсе, что в этом доме есть ноги?
Та на секунду замерла, затем фальшиво рассмеялась.
— Ой, ну ты даёшь! Ладно, сама схожу.
Она скрылась в доме, громко топая каблуками.
Максим потянулся за сигаретой.
— Чёрт… Может, правда сказать им, чтобы…
— Чтобы что? — раздался голос Людмилы Петровны. Она стояла в дверях, скрестив руки. — Чтобы мы уехали? Это ты так сына встречаешь? Я тебя 30 лет растила, а ты…
— Мам, просто… — Максим растерянно замолчал.
— Просто ничего! — свекровь резко повернулась к Даше. — Это ты его настраиваешь против нас!
— Людмила Петровна, вы приехали без предупреждения. Вы заняли нашу спальню. Вы…
— Ой, всё! — та резко махнула рукой. — Какая ты неблагодарная! Мы же семья!
— Семья не ведёт себя так!
Людмила Петровна вдруг изменилась в лице.
— Хорошо, — она сделала шаг назад. — Ты так хочешь? Мы уедем. И Максим поедет с нами.
Она резко развернулась и ушла в дом.
— Иди, — она не смотрела на него. — Разбирайся со своей семьёй.
Он колебался секунду, затем последовал за матерью.
Где-то внутри всё сжалось в комок.
Но она знала — это только начало.
Даша стояла в дверях гостиной и не верила своим глазам. На полу среди осколков фарфора лежала ее любимая ваза — последний подарок мамы перед тем, как та ушла. А над ней, склонившись, стояла Катя с беззаботной ухмылкой.
— Ну что ты смотришь как на преступницу? — Катя пожала плечами. — Она сама упала, когда я шторы открывала.
Даша медленно подошла ближе. Каждый осколок будто резал ей душу. Она наклонилась и подняла один из черепков с сохранившимся цветочным орнаментом.
— Ты знаешь, сколько ей было лет? — тихо спросила Даша. — Больше ста. Бабушка мамы ее берегла…
