— Я тридцать лет на своём участке хозяйничала, — перебила свекровь, — каждый куст знала. Эх, жаль пришлось продать. Но ради вашей квартиры ничего не жалко.
Вика почувствовала привычный укол вины. Да, восемь лет назад эти деньги помогли им с первым взносом. Факт, который Галина Николаевна не забывала упоминать к месту и не к месту.
— Мы очень ценим вашу помощь, правда, — искренне сказала Вика. — Но нам хотелось бы самим попробовать. Я уже тетрадь завела, планы записываю. Хочу научиться.
Галина Николаевна снисходительно улыбнулась.
— Ох, милая, тетрадями сыт не будешь. Тут опыт нужен. Я тебе всё расскажу и покажу. Не переживай.
Вечером, уезжая домой, Игорь был доволен.
— Отлично, что мама поможет! Она в этом деле собаку съела.
Вика промолчала, глядя на тетрадь с нарисованным планом участка. Там она уже разместила свои грядки, цветники, детский уголок для Алисы. В углу страницы был набросок маленькой беседки, которую они с Игорем мечтали построить.
— А если мы хотим по-другому сделать? — тихо спросила она.
— По-другому? — не понял Игорь. — Как?
— По-своему. Не так, как твоя мама предлагает.
— Мама нам столько помогла, Вик. И опыт у неё громадный. Чего изобретать велосипед?
Вика прикусила губу. В горле стоял ком. Неужели ей не дадут даже попробовать? Сделать что-то своими руками, по своему вкусу?
— Я ценю помощь твоей мамы, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Но мне хочется самой попробовать. Ошибиться, может быть. Но сделать сад таким, каким я его вижу.
— Каким ты его видишь? — усмехнулся Игорь. — Ты раньше вообще землей не занималась.
Эти слова больно кольнули. Да, она городская. Да, у неё нет опыта. Но разве это повод лишать человека права на собственное пространство?
Две недели спустя, в пятницу вечером, Вика перебирала рассаду на подоконнике. Огурцы, помидоры, цветы — она сама вырастила их из семян, каждый день с нежностью поливала, радовалась каждому новому листику. Завтра они с Игорем и Алисой поедут на дачу, и она наконец высадит их в землю.
Телефон зазвонил — на экране высветилось «Галина Николаевна».
— Вика, доченька, вы завтра на дачу? Я с вами поеду!
— Галина Николаевна, мы думали… — Вика запнулась, ища мягкую формулировку. — Мы хотели сами разобраться для начала.
В трубке повисло тяжёлое молчание.
— То есть моя помощь вам не нужна? — голос свекрови дрогнул от обиды. — Интересно… Я для вас ничего не жалею, а меня даже на дачу не берут.
Вика почувствовала, как внутри всё сжалось. Снова этот стыд, это чувство неоплатного долга.
— Конечно, поедем вместе, — сдалась она.
Назавтра Галина Николаевна, сидя на заднем сиденье рядом с Алисой, непрерывно рассказывала, что и как они будут делать.
— Я вчера в магазине рассаду капусты купила, отличный сорт! И кабачки, и свёклу. Всё высадим, к вечеру управимся.
Вика молча смотрела на дорогу. Рассада, её рассада, бережно уложенная в коробки, теперь казалась ненужной.
