Вика закрыла тетрадь и сжала её в руках. Завтра. Завтра она найдёт в себе силы сказать то, что должно быть сказано.
Утро началось с привычной суеты. Галина Николаевна встала раньше всех и уже хлопотала во дворе, когда Вика вышла на крыльцо с чашкой чая. Свекровь командовала Игорем, который перетаскивал мешки с землёй:
— Вот сюда, сынок. Здесь будем делать большую грядку для капусты.
Вика молча наблюдала, как её муж безропотно выполняет указания матери. Та же грядка, которую она планировала под цветы, чтобы Алиса могла собирать букеты…
— Доброе утро, — произнесла она, спускаясь с крыльца.
— А, Вика проснулась! — Галина Николаевна обернулась с деловым видом. — Я уже всё распланировала. Вон там будет капуста, здесь — огурцы, а в дальнем углу картошку посадим.
Игорь улыбнулся жене:
— Представляешь, мама уже всё продумала! Нам только выполнять остаётся.
Вика почувствовала, как внутри поднимается волна возмущения. Вся ночь прошла в раздумьях, и она наконец поняла: если сейчас промолчит, то никогда уже не сможет считать эту дачу своей.
— Галина Николаевна, — начала она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, — можно вас на минуточку?
Свекровь нехотя отвлеклась от руководства.
— Что такое? У меня ещё столько дел!
Вика сделала глубокий вдох.
— Послушайте, я очень ценю вашу помощь. Правда. Но я хотела бы, чтобы вы спрашивали нас, прежде чем что-то менять на участке.
Галина Николаевна удивлённо приподняла брови.
— Спрашивать? Зачем? Я же лучше знаю, как надо.
— Может, и знаете. Но это наша дача.
— И что? — свекровь пожала плечами. — Я только помочь хочу. Вы же сами ничего не умеете.
— Мам, Вика просто предлагает…
— Я тридцать лет на своей даче хозяйничала! — перебила его Галина Николаевна. — Ты думаешь, мне приятно смотреть, как тут все наперекосяк делается?
Вика почувствовала, что её терпение иссякло. Внутри что-то щёлкнуло, как выключатель.
— Знаете что, — сказала она, и собственный голос показался ей незнакомым — твёрдым, решительным, — с меня довольно. Может, хватит уже моей дачей командовать?
Во дворе повисла напряжённая тишина. Игорь застыл с мешком в руках. Из домика выглянула сонная Алиса.
— Что ты сказала? — Галина Николаевна моргнула, словно не поверила своим ушам.
— Я сказала, хватит командовать, — повторила Вика, уже спокойнее. — Я ценю вашу помощь и опыт. Очень ценю. Но вы переходите все границы. Вы приезжаете без предупреждения и переделываете всё по-своему. Вы не спрашиваете, чего хотим мы. Это наша дача, которую мы купили сами, в кредит.
— Да как ты смеешь! — лицо свекрови пошло пятнами. — Я всё для вас делаю! Для Алисочки стараюсь!
В этот момент из-за забора показалась голова пожилого мужчины в выцветшей кепке.
— Доброго утречка, соседи! — приветливо произнёс он. — Извиняюсь, что отвлекаю. Я через забор живу, Виктор Семёнович. Не могли бы вы лопату одолжить? У меня черенок сломался, так сегодня копал усердно. Я после обеда вам верну.
Игорь, явно обрадованный возможности прервать неприятный разговор, быстро направился к сараю:
