— Лен, мне нужна помощь. Свекровь натравила на меня налоговую.
— Рассказывай, — Лена сразу перешла в рабочий режим.
Я объяснила ситуацию. Лена выслушала и рассмеялась:
— Мариш, да у тебя железобетонные документы. Я же помогала их оформлять, помнишь? Пусть проверяют сколько хотят.
— Но это же стресс, время…
— А ты подай встречную жалобу, — предложила Лена. — На злоупотребление служебным положением. Если у свекрови действительно есть знакомые в налоговой, и они начали проверку по её звонку без оснований — это нарушение.
Идея мне понравилась. Галина Андреевна хотела войны — она её получит.
Следующее утро началось с похода в налоговую. Владимир Петрович оказался усталым мужчиной предпенсионного возраста, явно недовольным дополнительной работой.
— Вот все документы, — я выложила папку на стол. — Копии завещания, свидетельство о праве на наследство, квитанции об оплате госпошлины, справка об оценке имущества.
Он пролистал бумаги, хмыкнул:
— Всё в порядке. Не понимаю, зачем меня заставили это проверять.
— А кто заставил? — спросила я невинно.
— Звонок сверху был, — он махнул рукой. — Проверить срочно, отчитаться немедленно. А у меня сто дел.
— Могу я узнать, кто именно звонил?
Владимир Петрович посмотрел на меня внимательно:
— А вы, случаем, не знаете Галину Андреевну Воронову?
— Это моя свекровь, — призналась я.
— Ясно, — он откинулся на спинку стула. — Семейные разборки. Слушайте, молодая женщина, у меня совет: не давайте ей вас доставать. Документы у вас идеальные, придраться не к чему.
Я поблагодарила его и ушла. По дороге домой составила план действий. Галина Андреевна играла грязно — значит, и я буду защищаться всеми доступными методами.
Дома меня ждал сюрприз — Павел вернулся раньше. Сидел на кухне с ноутбуком, работал.
— Паш! — я обрадовалась. — Ты же говорил, задержишься.
— Удалось закончить быстрее, — он обнял меня. — Марин, нам нужно поговорить.
По его тону я поняла — свекровь успела обработать его основательно.
— Давай поговорим, — я села напротив. — Только сначала выслушай меня.
Я рассказала о налоговой проверке, о разговоре с инспектором. Павел слушал, хмурясь всё сильнее.
— Мама действительно это сделала? — он покачал головой. — Не могу поверить.
— Позвони и спроси, — предложила я.
Павел набрал номер матери, включил громкую связь.
— Павлик, ты вернулся? — голос Галины Андреевны звучал радостно. — Как хорошо! Надо встретиться, обсудить ситуацию с твоей женой.
— Мам, ты натравила на Марину налоговую? — спросил Павел прямо.
— Я просто хотела убедиться, что все документы оформлены правильно, — уклончиво ответила свекровь. — Это же для вашего блага.
— Мама, это перебор, — Павел потёр лицо руками. — Марина — моя жена. Прекрати её третировать.
— Я третирую? — Галина Андреевна повысила голос. — Да она тебя обвела вокруг пальца! Сидит на квартире за восемь миллионов, а вы в съёмной ютитесь!
— Это наше дело, мам. Наше с Мариной.
— Павлик, ты ослеп! Она думает только о себе!
