— Достаточно, — Павел отключил телефон. — Марин, прости. Я не думал, что она способна на такое.
— Твоя мама хочет контролировать нашу жизнь, — сказала я мягко. — И пока ты не поставишь границы, она не остановится.
— Ты права. Знаешь что? Давай переедем в квартиру твоей бабушки.
Я удивлённо посмотрела на него:
— Но ты же не хотел…
— Я не хотел расстраивать маму. Но теперь вижу — ей не угодишь. А квартира действительно хорошая, и для тебя она важна. Почему мы должны платить за съём, когда у нас есть своё жильё?
Я обняла мужа, чувствуя облегчение. Он на моей стороне, и это главное.
Через неделю мы перевезли вещи. Галина Андреевна, узнав о переезде, устроила скандал, грозилась лишить Павла наследства. Но мы были готовы к этому.
— Знаешь, — сказал Павел, когда мы расставляли книги в нашей новой гостиной, — может, это к лучшему. Мама показала своё истинное лицо, и теперь я знаю, как с ней общаться.
— Она твоя мама, — напомнила я. — Может, со временем она поймёт…
— Поймёт или нет — её дело, — Павел обнял меня. — Главное, что мы вместе. И никто не будет диктовать нам, как жить.
Я прижалась к нему, глядя на фотографию бабушки на стене. Она улыбалась, словно одобряя наш выбор. Мы отстояли свою семью, свои границы. И пусть Галина Андреевна злится — это её проблемы, не наши.
В квартире пахло лавандой и свежей выпечкой — я испекла бабушкин фирменный пирог по её рецепту. Павел откусил кусочек и зажмурился от удовольствия:
— Потрясающе! Теперь я понимаю, почему ты не хотела расставаться с этим местом.
— Здесь не просто стены, — я огляделась вокруг. — Здесь душа, история, любовь. И теперь это наш дом.
Телефон Павла зазвонил — опять мать. Он посмотрел на экран и отключил звук:
— Пусть остынет. Потом поговорим. А сейчас давай просто наслаждаться нашим новым домом.
Мы сели на диван — тот самый, на котором бабушка читала мне сказки. За окном падал снег, в квартире было тепло и уютно. Свекровь проиграла эту битву, но я знала — она не сдастся. Будут новые атаки, манипуляции, попытки вернуть контроль.
Но мы были готовы. Мы были вместе. И никакая свекровь не разрушит то, что мы построили.
