— Семь тысяч на косметику. Пятнадцать тысяч на какие-то БАДы. Десять тысяч на онлайн-курсы по саморазвитию. И это только то, что я смогла отследить по выпискам.
Её лицо начало наливаться багрянцем.
— Ты следишь за мной?!
— Я слежу за семейным бюджетом. Который вы опустошаете быстрее, чем мы успеваем его пополнять.
— Как ты смеешь! — она сделала шаг ко мне, и я невольно отступила к окну. — Да я тебя из грязи вытащила! Ты пришла в эту семью никем! У тебя ничего не было! А теперь распоряжаешься тут!
«Из грязи». Я работала менеджером в крупной компании, когда встретила Андрея. У меня была съёмная квартира, машина и приличная зарплата. Но для Ларисы Петровны любая женщина, посмевшая приблизиться к её сыну, автоматически становилась нищенкой, мечтающей прибрать к рукам их «богатства».
Дверь хлопнула. Андрей вернулся с работы. Я услышала, как он снимает обувь в прихожей, вешает куртку. Его шаги приближались к кухне медленно, неохотно. Он всегда чувствовал напряжение в доме, как животное чувствует грозу.
— Что происходит? — спросил он, появившись в дверях.
Мой муж. Красивый, умный, талантливый. И абсолютно неспособный сказать «нет» своей матери. Он стоял между нами, но я уже знала, на чьей стороне он окажется через минуту.
— Андрюша! — Лариса Петровна мгновенно переключилась на страдальческий тон. — Твоя жена следит за каждой моей копейкой! Считает, сколько я трачу! Как будто я чужая в родном доме!
Андрей посмотрел на меня с упрёком.
— Ира, ну зачем ты так? Мама же не чужой человек.
Вот и всё. Приговор вынесен. Суд присяжных в составе одного человека признал меня виновной в покушении на святое — комфорт его матери.
— Андрей, — сказала я устало. — Твоя мама тратит больше, чем мы зарабатываем. В прошлом месяце нам пришлось занимать у моих родителей, чтобы заплатить за коммуналку.
— Мам, может, правда стоит немного умерить аппетиты? — робко предложил он.
Лариса Петровна всплеснула руками.
— Аппетиты! Я себе в последний раз платье покупала год назад! Я во всём себе отказываю! А она тут транжирит деньги на свои шпильки и помады!
Это была ложь. Наглая, откровенная ложь. За последний месяц она купила три платья, две пары обуви и сумку. Я это знала, потому что коробки до сих пор стояли в её комнате — она даже не удосужилась их выбросить. А я уже два года не покупала себе ничего, кроме базовых вещей.
— Мама права, — вдруг сказал Андрей. — Ира, ты действительно много тратишь на себя. Может, стоит экономнее относиться к деньгам?
Я смотрела на него и не верила своим ушам. Он же видел мою зарплатную карту. Он знал, что я перевожу в семейный бюджет восемьдесят процентов заработка. Он знал, что последний раз я покупала себе что-то дороже тысячи рублей полгода назад. Но сейчас он смотрел на меня глазами своей матери.
— Вот видишь! — торжествующе воскликнула Лариса Петровна. — Даже Андрюша согласен! Ты просто эгоистка, которая думает только о себе!
