— Не кричи на меня, — оборвала её свекровь, и голос её стал холодным, как лёд. — Я твоя старшая. Я хозяйка в этом доме. И если ты хотела сапоги, нужно было сначала прийти ко мне и попросить. Объяснить, почему они тебе нужны. Я бы решила, можем ли мы себе это позволить. А ты взяла и потратила деньги без спроса. Это неуважение к семье. Это эгоизм.
В этот момент в квартиру вошёл Игорь. Он вернулся с работы и сразу почувствовал напряжение в воздухе. Его взгляд метнулся от жены к матери.
— Что случилось? — спросил он осторожно.
— Спроси у своей жены, — Раиса Фёдоровна указала на пакет в руках Натальи. — Она решила, что может распоряжаться семейными деньгами по своему усмотрению.
Игорь посмотрел на Наталью, и в его глазах она увидела не поддержку, а растерянность и лёгкое недовольство. Он смотрел на неё так, словно она действительно совершила проступок. — Наташа, ну зачем без согласования? — пробормотал он. — Мы же договаривались…
— Мы ничего не договаривались! — взорвалась Наталья. — Это ваша мать всё решила за нас! Я работаю, как проклятая, отдаю все свои деньги, а теперь не могу купить себе сапоги, потому что не спросила разрешения? Игорь, ты это слышишь?!
Игорь беспомощно посмотрел на мать, потом на жену. Он всегда так делал. Всегда искал подсказку у матери, как ему поступить.
— Мама права, — сказал он тихо, и эти два слова прозвучали как приговор. — Нужно было обсудить такую покупку. Мы копим на квартиру.
Наталья почувствовала, как что-то внутри неё обрывается. Она молча развернулась и пошла в комнату. За спиной она слышала довольный голос свекрови: «Вот видишь, Игорёк, какая она взбалмошная. Хорошо, что ты на моей стороне».
Наталья закрыла дверь комнаты, села на кровать и достала телефон. Руки её не дрожали. Наоборот, она чувствовала странное спокойствие, какое бывает, когда принято окончательное решение. Она открыла приложение банка и за пять минут создала новый накопительный счёт. Назвала его просто: «Моё».
Потом она взяла калькулятор. Её зарплата составляла тридцать восемь тысяч рублей. Зарплата Игоря — сорок две тысячи. Итого восемьдесят тысяч в месяц. Её доля — сорок семь с половиной процентов. Она открыла общий счёт, куда каждый месяц складывались их зарплаты, и перевела на свой новый счёт ровно сорок семь с половиной процентов от всей суммы, накопленной там. Это было тридцать четыре тысячи рублей.
Нажала «Подтвердить». Деньги ушли.
Затем она написала сообщение в семейный чат, где были она, Игорь и свекровь:
«Я забрала свою долю из общего бюджета. 47,5%. Теперь я буду сама решать, на что трать свои деньги. Остальное — ваше. Распоряжайтесь, как хотите».
Отправила. Через секунду в комнате раздался вопль свекрови.
Дверь распахнулась. Раиса Фёдоровна влетела в комнату с лицом, красным от ярости.
— Ты что сделала?! — кричала она, размахивая телефоном. — Ты украла деньги из семейного бюджета! Ты вообще понимаешь, что натворила?!
— Я забрала свою часть, — спокойно ответила Наталья. — Мои деньги, которые я заработала.
