— Я хочу попробовать по-другому. Давай откроем новый общий счёт. Только наш с тобой. Мама не будет иметь к нему доступа. Мы будем решать вместе, на что тратить деньги. Но часть денег у каждого будет своя. Для личных расходов. Чтобы тебе не нужно было ни у кого спрашивать разрешения купить сапоги.
Наталья смотрела на него и видела, что он говорит искренне. Он действительно хотел измениться. Не сразу, не вдруг, но он был готов попробовать.
— А твоя мама? — тихо спросила она.
— Я поговорю с ней, — ответ был твёрдым. — Я объясню, что мы взрослые люди и должны сами распоряжаться своими деньгами. Она не обрадуется. Но это наша жизнь, Наташ. Наша с тобой.
Наталья протянула руку и взяла его ладонь в свою.
— Хорошо, — сказала она. — Попробуем.
Разговор со свекровью был ужасным. Раиса Фёдоровна кричала, плакала, обвиняла Наталью в том, что она отбила у неё сына. Игорь стоял рядом с женой и впервые не отступил. Он повторял одно и то же: «Мама, я люблю тебя, но это наше решение. Мы хотим жить отдельно финансово».
Свекровь не разговаривала с ними неделю. Потом ещё неделю. Но постепенно она смирилась. Она поняла, что сын принял решение, и впервые за много лет он не отступит.
Прошло полгода. Наталья с Игорем открыли совместный счёт, куда каждый переводил по семьдесят процентов зарплаты. Остальное оставалось личными деньгами. Они копили на квартиру, планировали ремонт, обсуждали будущее. Они снова стали командой.
Раиса Фёдоровна всё ещё жила с ними, но теперь у неё был свой бюджет, и она больше не контролировала их траты. Иногда она не удерживалась и начинала давать советы, как правильно тратить деньги. Но теперь Игорь мягко останавливал её: «Мама, мы сами разберёмся».
А Наталья носила свои новые сапоги и знала точно: она отстояла право быть собой. Право распоряжаться своей жизнью и своими деньгами. И это было дороже любых денег в мире.
