— Доброе утро, Яночка. Я тебе кашу сварила, — свекровь указала на тарелку на столе.
— Спасибо, но я не хочу. Опаздываю.
— Ну как же не хочешь? Завтрак — это важно. Митя вот поел и ушел довольный.
Яна взяла сумку и направилась к двери.
— Вероника Витальевна, когда вы планируете уезжать?
— Яночка, ну что ты? Я же вижу, что вы тут без меня совсем потерянные. Еще немного побуду, помогу.
— Мне не нужна помощь. Мне нужно, чтобы вы уехали.
Свекровь замерла с тряпкой в руках. Лицо ее вытянулось.
— Как ты со мной разговариваешь? Я же тебе не чужая!
— Вы не чужая. Но вы и не член нашей семьи. У вас есть своя квартира, своя жизнь. А у нас — своя.
— Митя! — закричала Вероника Витальевна, хотя сына дома не было. — Ты слышишь, как с твоей матерью разговаривают?
Яна вышла, не дожидаясь продолжения сцены. В лифте она прислонилась к стенке и закрыла глаза. Как же она устала. Как же невыносимо устала от всего этого.
На работе день тянулся медленно. Яна пыталась сосредоточиться на документах, но мысли разбегались. В обед Света заглянула к ней в кабинет:
— Борис сегодня после работы встретится с Митей. Поговорят по-мужски.
— Не знаю, поможет ли.
— Яна, а ты не думала просто уйти? Ну, на время. Пожить отдельно, дать Мите подумать.
— Света, я об этом думаю постоянно. Но это же мой муж. Я три года с ним прожила. Как так просто взять и уйти?
— А как просто взять и терпеть? Послушай, у тебя из-за этого работа страдает. Ты становишься какой-то… не собой. Может, действительно стоит сделать паузу?
Яна задумалась. Пауза. Звучит разумно. Может, если она уедет на несколько дней, Митя поймет, что происходит. Что он теряет.
— Света, можно я к тебе приеду? Дня на три?
— Конечно! Приезжай сегодня же. У нас диван раскладной есть, нормальный.
Вечером Яна собрала небольшую сумку. Самое необходимое — одежда, косметика, документы. Митя пришел домой около семи и застыл в дверях спальни, увидев ее с сумкой.
— К Свете. На несколько дней.
— Из-за вчерашнего? Яна, ну это глупо. Мы же просто поговорить хотели.
— Митя, вы с мамой требовали, чтобы я отдала тебе половину зарплаты. Это не разговор, это ультиматум.
— Ну хорошо, забудь про деньги. Оставь все как есть. Только не уходи.
— Я не ухожу. Я уезжаю на несколько дней. Мне нужно подумать.
— О чем думать? Яна, мы муж и жена!
— Вот именно. Муж и жена. Не муж, жена и его мама. А у нас получается именно так.
Вероника Витальевна появилась в коридоре:
— Яночка, ты что, правда уезжаешь? Митенька, что происходит?
— Мама, не вмешивайся, пожалуйста, — Митя провел рукой по лицу.
— Как это не вмешиваться? Она бросает тебя, а я должна молчать?
— Я не бросаю. Я просто хочу побыть одна несколько дней.
— А как же Митя? Он же без тебя пропадет!
Яна посмотрела на свекровь, потом на мужа:
— Вероника Витальевна, Мите тридцать один год. Он прораб на стройке. Он управляет бригадой из двадцати человек. Но почему-то дома он не может сам себе ужин приготовить и без мамы решение принять. Вы не находите это странным?
