Митя пришел в кафе раньше. Сидел за столиком у окна, мял в руках салфетку. Когда Яна вошла, он вскочил:
— Яна, я так рад тебя видеть!
Она села напротив, сняла куртку. Официант принес меню, они заказали, и воцарилась неловкая тишина.
— Митя, расскажи, как ты?
— Плохо. Без тебя плохо. Мама уехала, в квартире пусто. Я понял, что был не прав. Прости меня.
— В чем именно ты был не прав?
— Ну… я не должен был требовать, чтобы ты отдавала мне зарплату. Это твои деньги, ты сама решаешь, куда их тратить.
— Митя, ты правда думаешь, что проблема только в деньгах?
Он растерянно посмотрел на нее:
Яна вздохнула. Значит, он действительно не понимает.
— Митя, скажи честно. Если твоя мама завтра позвонит и попросит денег, ты откажешь?
— Ну… если ей действительно нужно…
— Если она скажет, что ей нужно, но это окажется неправдой, ты проверишь?
— Яна, это же моя мама. Зачем ей врать?
— Если она через месяц снова приедет и захочет остаться у нас, ты скажешь «нет»?
— Если у нее будут причины…
— Если мы будем решать, куда поехать в отпуск, и у меня будет одно мнение, а у твоей матери — другое, чью сторону ты примешь?
Митя помолчал, потом тихо сказал:
— Надо будет найти компромисс. Учесть мнение обоих.
— То есть мнение матери для тебя так же важно, как мнение жены?
— Яна, ну она же моя мама!
— Митя, я твоя жена. Мы с тобой должны быть одним целым. Семьей. А твоя мама — это отдельно. Да, ты ее любишь, это нормально. Но решения о нашей жизни принимаем мы вдвоем. Не втроем.
— Я не могу просто отвернуться от нее.
— Я не прошу тебя отворачиваться. Я прошу тебя быть мужем. Взрослым, самостоятельным человеком. Который не спрашивает у мамы разрешения на каждый шаг.
— Ты преувеличиваешь. Я же не спрашиваю разрешения.
— Митя, ты три года женат. Но до сих пор боишься сказать матери «нет». До сих пор ставишь ее мнение выше моего. До сих пор считаешь, что она имеет право вмешиваться в нашу жизнь.
— Она имеет право интересоваться. Она переживает за меня.
— Интересоваться и командовать — разные вещи. Твоя мама не интересуется. Она указывает. И ты ей подчиняешься.
Митя отвернулся к окну. Яна видела, как напряжены его плечи, как он сжимает челюсти.
— Что ты хочешь от меня? — наконец спросил он.
— Я хочу, чтобы ты стал мужем. Чтобы мы были парой, а не тремя разными людьми, которые живут под одной крышей. Я хочу, чтобы ты научился говорить матери «нет», когда она лезет в наши дела. Я хочу, чтобы ты принимал решения сам, а не ждал, что она тебе скажет, как правильно.
Яна замерла. Вот оно. Он сам признался.
— Не можешь или не хочешь?
— Не знаю. Она меня вырастила одна. Отец почти не занимался мной. Она все для меня сделала. Я не могу ее обидеть.
— Митя, ты можешь любить мать и быть ей благодарным. Но ты не можешь жить ее жизнью. У тебя своя жизнь. Своя семья. Я.
— Значит, ты хочешь, чтобы я выбирал между вами?
— Нет. Я хочу, чтобы ты понял разницу. Мать — это одно. Жена — другое. И приоритеты должны быть правильными.
Они замолчали. Принесли заказ, но ни один не притронулся к еде.
