— Дай договорю, — он поднял руку. — Когда я увидел те бумаги, которые ты разложила, когда понял, сколько на самом деле мы тратим… Мне стало стыдно. Я думал, у нас всё хорошо, есть деньги. А оказывается, ты одна тянешь всё это. И ещё моей матери даёшь, когда она просит.
— Не только твоей матери. Всей твоей родне.
— Да. И это неправильно. А когда мама сказала тебе те слова… — голос Семена дрожал. — Я понял, что она не права. Совсем не права.
Жанна почувствовала, как внутри что-то отпустило. Впервые за несколько дней она поняла — он на её стороне.
— Что ты хочешь сделать?
— Поговорить с ней. С матерью и тётей Зоей. Поставить точку во всём этом. Но ты пойдёшь со мной?
На следующий день они приехали к Ольге Антоновне. Дверь открыла сама свекровь — лицо опухшее, глаза красные. За её спиной в комнате слышались голоса — явно скандал.
— Зачем пришли? — холодно спросила она.
— Поговорить надо, — твёрдо сказал Семен. — Пустишь?
Ольга Антоновна молча отошла в сторону. В комнате сидела Зоя Антоновна, рядом стоял Виктор, а Тоня что-то набирала в телефоне.
— О, вот и богатые родственники пожаловали, — Зоя даже не повернула головы.
— Тётя Зоя, я хочу кое-что сказать, — Семен прошёл в центр комнаты. — Мы не будем оплачивать твой юбилей. И вообще больше не будем оплачивать праздники родственников.
Повисла тишина. Зоя медленно обернулась.
— То, что ты услышала. Если хочешь отметить день рождения — отмечай на свои деньги или дома.
— Семочка, ты что говоришь! — Ольга Антоновна схватилась за сердце. — Это же сестра моя!
— Мама, я тебя очень люблю. Ты меня вырастила, и я благодарен. Но я создал свою семью. У нас свои планы, свои обязательства. Ипотека, счета, расходы. Ты даже не представляешь, сколько мы тратим каждый месяц.
— Да какая ипотека! — взвилась Зоя. — У вас квартира вторая, машина!
— Квартира в кредит на пятнадцать лет. Тридцать пять тысяч каждый месяц. Плюс все остальные расходы. Нам не на что оплачивать ваши рестораны.
— Ты врёшь! — Тоня вскочила с дивана. — Она тебя настроила! Эта жадная…
— Тоня, заткнись, — неожиданно резко сказал Виктор. — Совсем стыд потеряла.
Дочь обиженно замолчала. Зоя повернулась к Жанне.
— Это всё ты! Ты настроила его против семьи!
— Зоя Антоновна, вы взрослая женщина, — Жанна шагнула вперёд. — У вас работа, муж. Если хотите праздник — заработайте на него сами. Или отметьте дома. Я вам ничего не должна.
— Ничего не должна? Да ты вышла замуж за моего племянника! Породнились! А родня должна помогать!
— Родня должна уважать друг друга. А не требовать деньги на каждом шагу.
Ольга Антоновна опустилась на стул.
— Значит, так. Хорошо. Раз вы такие, больше не считаю тебя, Жанна, частью нашей семьи. Можешь не приходить больше.
— Мама! — Семен резко повернулся к ней.
— Что — мама? Она нас предала! Из-за неё я теперь должна двадцать тысяч! Из-за неё Зоя со мной не разговаривает!
— Из-за неё? — Семен покачал головой. — Мама, это ты заняла деньги, не спросив нас. Ты решила за нас, что мы заплатим. А мы не обязаны.
