Но дело было не в деньгах. Деньги копились на отдельном счете, о котором Игорь не знал. Она не тратила их на быт — на продукты и коммуналку хватало того, что выделял муж. Она копила их на «черный день». Она просто не знала, что этот день наступит сегодня.
В гостиной кто-то разбил бокал. Послышался мат Игоря: «Светка! Иди убери, тут Андрей разбил!»
Вместо того чтобы бежать за веником, она открыла сайт по аренде недвижимости.
— Моя жена — домохозяйка, — прошептала она, глядя на фотографии просторной двухкомнатной квартиры в центре с панорамными окнами. — Хорошо, Игорь. Ты прав. У домохозяйки должен быть свой дом.
Она выбрала квартиру, которая стоила как половина зарплаты мужа. Нажала кнопку «Написать владельцу». Потом открыла банковское приложение и перевела крупную сумму с бизнес-счета на свою личную карту.
В эту ночь она не пошла убирать осколки. Она постелила себе на диванчике в детской, рядом с десятилетним сыном Максимом, который мирно спал, обнимая плюшевого медведя. Игорь, пьяный и довольный, уснул прямо в одежде на супружеской кровати, так и не дождавшись, пока жена придет снимать с него ботинки.
Светлана лежала в темноте и слушала дыхание сына. Страх, который держал её годами — «кому я нужна», «как я одна справлюсь», «у ребенка должен быть отец» — исчез. Его вытеснила холодная, злая решимость. Она смотрела в потолок и улыбалась. Впервые за много лет она знала, что завтрашний день будет принадлежать только ей.
Утро началось с головной боли Игоря и звона будильника. Он выполз на кухню, помятый, с серым лицом, ожидая увидеть на столе привычный «антипохмельный набор»: горячий бульон, аспирин и крепкий кофе.
Светлана сидела у окна, неторопливо попивая чай из своей любимой фарфоровой чашки. Она была уже одета — не в халат, а в джинсы и свежую белую блузку. Волосы аккуратно уложены, на губах — легкая помада.
— Света, ты чего? — прохрипел Игорь, плюхаясь на стул. — Где завтрак? Голова раскалывается.
— Аспирин в аптечке, бульон в кастрюле, в холодильнике, — спокойно ответила она, не отрываясь от просмотра новостей в телефоне. — Разогреешь сам.
Игорь замер с открытым ртом. Такого бунта на корабле он не припоминал.
— Ты что, обиделась за вчерашнее? — он попытался придать голосу строгость, но получилось жалобно. — Ну, перебрали немного. Подумаешь. Давай, налей кофе, мне на работу бежать надо.
— Мне тоже надо бежать, — Светлана встала, поставила чашку в раковину. — У меня дела.
— Какие у тебя могут быть дела? — искренне удивился он. — В магазин за картошкой?
— Типа того, — неопределенно кивнула она. — Максим в школе, обед я приготовила вчера. Буду поздно.
Она вышла из кухни, оставив его в полном недоумении созерцать пустой стол. Игорь буркнул что-то про «женские капризы» и полез в холодильник. Он был уверен: к вечеру она остынет, приготовит ужин и будет снова заискивающе заглядывать ему в глаза.
Светлана вышла из подъезда и вдохнула прохладный осенний воздух. Её трясло, но это была дрожь азарта. Первым делом она поехала на встречу с риелтором.
