Телефон выскользнул из пальцев и красивой дугой полетел вниз. Приземлился прямо в миску с водой для их пса Роя. «Айфон» ушёл на дно, как символ вместе с ним. Тишину наполнил только звук капающей с его руки воды. — Мари… Ты чего не спишь? — выдавил он. — Давно… стоишь? Марина молчала. Просто смотрела. Прицельно, хладнокровно, будто видела перед собой незнакомого человека. На этом месте многие устраивают сцены, швыряют тарелки, рыдают. Она ничего такого не делала. — По работе, да? — наконец произнесла ровно. — Это та самая стажёрка, которая «плачет из-за отчёта»? Котёнок, малыш, одеяло… Квартира, премия и «валенок», с которого надо всё снять? Он дёрнулся, как крыса, которую застали в кормушке. Испуг сменился агрессией. — Ты подслушивала?! — сорвался на визг. — Это нарушение личного пространства! Да, у меня есть женщина! Потому что ты меня задушила! Ты из меня сделала инвалида! Мне нужна та, кто смотрит снизу, а не как контролёр сверху! Классика жанра: пойманный за вороством кричит, что его неправильно застали. Марина спокойно выдвинула ящик кухонного стола, достала папку с документами и положила перед ним. — Давай уточним матчасть, раз уж пошёл разговор, — сказала так же спокойно. — Квартира. Договор дарения от тёти. Год — за три до свадьбы. Личная собственность. Дача — оформленная на неё по брачному договору, который он сам вымаливал, когда коллекторы дышали в затылок. Машина — кредит на её имя, ПТС её, он всего лишь водитель. Каждый пункт — как молоток по его фантазиям об «общем имуществе». Он сдулся буквально на глазах. И тогда прозвучал тот самый вопрос, который разделил их жизнь на «до» и «после»: — Ты правда думал, что женщина, которая десяток лет тянет логистику и чужую бухгалтерию, настолько тупа, что не подстрахует себя от собственного мужа? Артём сморщился, попробовал другую маску. — Марин, ну чего ты… Бес попутал. Кризис. Возраст. Гормоны. Я же тебя на самом деле люблю, это всё — просто… увлечение. Она — мясо, ты — семья. Нельзя же из-за одного звонка… Марина посмотрела на часы.
2:20. — У тебя две минуты, чтобы уйти из моей квартиры, — сказала ровно. — Время пошло. Артём сначала решил, что это спектакль. Попробовал напор: «ночь на дворе», «куда я пойду», «не дури». Попытался протиснуться в коридор. Уперся в бетон — так ему показалось. На самом деле это была просто женщина, у которой наконец выключился режим «спасатель». — Вещи возьму! — сорвался он. — Костюмы, ноутбук, резину зимнюю! Марина перехватила его у стула со стопкой одежды. — Всё это куплено на её деньги, — напомнила. — Костюмы, ноутбук, чемодан. «Подарки», на которые у неё есть чеки. Он может идти в суд — с мокрым телефоном и голым задом. Он взбесился, как загнанный зверь, но выхода не было.
Марина открыть окно не побоялась: второй этаж, под окном — сырой палисадник. Джинсы, рубашка, свитер, носки ушли в темноту ночи по самому короткому маршруту. Плюх в грязь — и всё. — Ты психичка… — сипел он.
— Возможно, — пожала плечами. — Жизнь с тобой и не такое делает. Оставались трусы.
