Яна повернулась и пошла прочь, не оглядываясь. За спиной раздались всхлипы, потом крик:
— Ты бессердечная стерва! Бог тебя накажет!
Но Яна уже вышла на улицу. Солнце светило так ярко, будто специально подчеркивая контраст между ее нынешней свободой и темным прошлым.
Она достала телефон и набрала номер Лены:
— Привет, это я… Да, представь, встретила Людмилу… Нет, не пришла. И не пойду… Да, я уверена.
Положив телефон в сумку, Яна вдруг осознала, что впервые за долгое время чувствует себя по-настоящему счастливой. Без оглядки на прошлое. Без страха за будущее.
Она зашла в кафе, заказала два мороженых — себе и Саше. Сегодня был хороший день, чтобы начать что-то новое.
Две недели спустя Яна забирала Сашу из школы, когда телефон завибрировал с незнакомого номера. Обычно она не отвечала на такие звонки, но в этот раз что-то заставило ее поднять трубку.
— Это городская больница № 5. Со мной говорит Яна Олеговна?
Ледяная рука сжала ее сердце. Саша, увидев мамино выражение лица, тут же перестала жевать свою булочку.
— Да, это я. Что случилось?
— Вас разыскивает пациент Михаил Валерьевич Соколов. Его состояние ухудшилось, он просил вас позвонить.
Яна сглотнула ком в городе. Саша тихо спросила:
— Мам, что-то не так?
Она прикрыла микрофон ладонью:
— Ничего страшного, солнышко. Сейчас поговорим.
В трубке продолжали говорить:
— Он в реанимационном отделении. Если вы можете приехать…
— Я… я подумаю, — Яна с трудом выдавила из себя и положила трубку.
Весь вечер она ходила как в тумане. Лена, приехавшая помочь с уроками Саши, сразу заметила ее состояние:
Яна молча показала запись в телефонной книге: «Гор. больница № 5». Лена побледнела:
Яна посмотрела в гостиную, где Саша увлеченно рисовала. Дочь так хорошо адаптировалась к новой жизни…
— Не знаю. Я не хочу туда возвращаться. Но…
— Если он действительно умирает… Как я потом буду смотреть в глаза Саше?
Ночью Яна не спала. Она стояла у окна и смотрела на луну, вспоминая их первую встречу с Мишей, их свадьбу, тот момент, когда он впервые взял на руки новорожденную Сашу…
Утром она приняла решение.
— Лен, ты не могла бы посидеть сегодня с Сашей? Мне нужно… кое-куда съездить.
Подруга молча кивнула. Саша, к счастью, была слишком увлечена сбором рюкзака, чтобы задавать вопросы.
Городская больница № 5 встретила Яну запахом антисептика и тихими стонами из палат. У стойки регистратуры сидела уставшая медсестра.
— Я к Соколову Михаилу. Реанимация.
Женщина подняла на нее усталые глаза:
— Я… его бывшая жена.
Медсестра вздохнула и встала:
— Пойдемте. Он в палате 308. Но предупреждаю — состояние тяжелое. Двусторонняя пневмония, осложнения после…
Яна не слушала. Она шла по коридору, и с каждым шагом сердце билось все чаще.
Дверь в палату 308 была приоткрыта. Яна заглянула внутрь и замерла.
На койке лежал совершенно седой мужчина с кислородной маской на лице. Только по родинке над бровью она узнала Мишу. Его глаза были закрыты, грудь тяжело поднималась.
— Он спит, — прошептала медсестра. — Можете посидеть, если хотите.
