— Как ты можешь? — голос Наташи дрожал. — Мама больна, а ты…
— Да не больна она! — отрезала Елена. — Придумала все, чтобы нас позлить!
А ты и рада стараться — бегаешь, суетишься! Строишь из себя примерную дочь!
Телефонный звонок раздался, когда часы пробили полночь. Наташа вздрогнула, выронила книгу. Кто в такое время?
— Наташенька, — голос матери звучал глухо и встревоженно. — Прости за поздний звонок. Завтра в три часа жду вас с Леной. Разговор есть серьезный.
— Мам, что случилось? — сердце тревожно екнуло.
— Завтра, доченька. Все завтра.
В трубке раздались короткие гудки. Наташа несколько секунд смотрела на телефон, потом набрала номер сестры.
— Лен, ты не спишь? Мама звонила…
— Знаю, — отрезала Елена. — Меня тоже подняла на ноги. Что ей приспичило среди ночи?
— Не знаю. Но голос какой-то странный.
— Господи, только бы не очередные причуды! — вздохнула Елена. — Помнишь, как она в прошлом году вздумала квартиру продавать и в деревню переезжать?
— Ну, имеет право…
— Ага, как же! — фыркнула сестра. — Ладно, спи. Завтра увидимся.
К матери они приехали одновременно. Наташа — взъерошенная, с пакетом свежей выпечки.
Елена — в строгом костюме, с идеальной укладкой, прямая как струна.
Вера Николаевна встретила их у порога. Маленькая, сухонькая, в старом любимом халате.
Наташу кольнуло — мать как будто постарела за последний месяц. Или это освещение такое неудачное?
— Проходите, девочки, — Вера Николаевна провела дочерей в гостиную. — Чай будете?
— Мам, давай к делу, — Елена присела на краешек кресла, расправила юбку. — У меня через час совещание.
— Вечно ты торопишься, — вздохнула мать. — Ну хорошо. Я вот что хотела сказать…
Она помолчала, собираясь с мыслями. Наташа заметила, как дрожат ее пальцы, теребящие кружевную салфетку.
— В общем, девочки, я больна. Серьезно больна.
Повисла тяжелая тишина. Наташа почувствовала, как к горлу подкатывает ком.
— Что с тобой, мамочка? — прошептала она.
— Да какая разница! — Елена нетерпеливо повела плечом. — Лечиться надо, а не драматизировать. В чем проблема? Деньги нужны?
— Нет, Леночка. Деньги не нужны. Я уже все решила. И про лечение, и… — Вера Николаевна расправила плечи, — и про квартиру тоже.
— В каком смысле — про квартиру? — насторожилась Елена.
— Я составила завещание. Квартиру после моей см ер ти получит благотворительный фонд помощи сиротам.
Елена вскочила, как ужаленная:
— Что?! Ты с ума сошла? А мы? Мы с Наташкой — кто тебе? Чужие люди?
— Леночка, у вас свои квартиры, свои семьи…
— Нет, вы это слышали? — Елена заметалась по комнате. — Она решила отдать нашу квартиру каким-то чужим детям! Квартиру, где мы выросли! Где папа…
— Перестань кричать, — тихо произнесла Наташа. — Мама права — это ее квартира. Она вправе распорядиться ею как хочет.
Елена резко развернулась к сестре:
— Ну конечно! Тебе-то что — у тебя муж богатый, трешка в центре!
