Завещание какое-то странное составила, квартиру чужим людям отписала.
Может, к врачу ее сводить? Проверить голову?
У Наташи внутри все оборвалось.
— Тетя Рита, не верьте! Мама в своем уме. Просто решила…
— Да как же не верить? — перебила тетка. — Лена говорит, она даже диагноз свой скрывает. Может, это опухоль? На нервной почве? Я читала, бывает…
Наташа в отчаянии швырнула трубку. Сестра окончательно перешла все границы.
Мало того, что сама не общается с матерью — еще и родственников настраивает!
Вечером она не выдержала, помчалась к Елене. Та открыла не сразу, смерила сестру холодным взглядом:
— Чего тебе?
— Как ты можешь? — выпалила Наташа. — Зачем порочишь маму? За что?
— А что не так? — Елена скрестила руки на груди. — Нормальная мать не станет лишать детей наследства. Значит, и правда не в себе.
— Господи, Лена! — Наташа всплеснула руками. — Да разве в деньгах дело? Мама же любви ждет, внимания! А ты…
— Любви? — Елена рассмеялась, но смех вышел каким-то надломленным. — Хороша любовь — взять и выкинуть родную дочь из завещания!
Знаешь что, проваливай. И мамочке своей передай — пусть не ждет от меня больше ничего. Ни любви, ни внимания.
Дверь захлопнулась перед самым носом. Наташа прижалась к стене, пытаясь справиться с подступившими слезами. Неужели это конец? Неужели глупые деньги способны разрушить родственные узы?
А через неделю Вера Николаевна снова позвонила среди ночи:
— Девочки, жду вас завтра. Обеих. И не спорьте — дело важное.
На этот раз Елена приехала последней. Вошла, демонстративно глядя в сторону, села у самой двери — словно готовясь в любой момент сбежать.
— Ну? — процедила она. — Зачем вызвала?
Вера Николаевна поднялась из кресла — и вдруг расправила плечи, словно сбросив тяжкий груз.
— Я должна вам признаться, — голос ее звучал твердо и ясно. — Никакой болезни нет. И не было.
В комнате повисла звенящая тишина. Наташа растерянно хлопала глазами, пытаясь осознать услышанное.
А Елена вскочила, побелев от ярости:
— Что?! Ты… так ты нас обманула?
— Да, — спокойно кивнула мать. — Это была проверка. Я хотела узнать — что для вас важнее: родная мать или ее квартира.
— Проверка? — Елена нервно рассмеялась. — Ты устроила этот цирк, чтобы нас проверить?
— Именно. И знаешь, что я увидела? — Вера Николаевна посмотрела старшей дочери прямо в глаза. — Как только речь зашла о наследстве, ты мгновенно забыла о родстве.
Бросила больную мать, настроила против меня родственников. А Наташа — просто любила. Заботилась. Не думала о своей выгоде.
— И что теперь? — голос Елены дрожал. — Решила наказать меня? Лишить наследства по-настоящему? Наташке все отпишешь?
— Нет, доченька. Квартира останется вам — поровну.
Но кое-что ты все-таки потеряла. — Вера Николаевна тяжело опустилась в кресло. — Мое доверие. Уважение сестры. Собственное достоинство, наконец.
Это, знаешь ли, пострашнее потери любых денег будет.
Автор: Анастасия Милош
