— Сергей, ты серьёзно? Ты опять звонишь? — Лена прижала телефон плечом, пока вынимала из духовки противень с лазаньей.
Прошло уже четыре месяца после развода. Она давно переехала в новую квартиру в центре, ту самую, которую купила на первые переведённые деньги из Канады. Светлая, с высокими потолками, большими окнами и видом на реку. Всё, о чём когда-то мечтала, но считала недостижимым.
— Леночка, ну дай мне хоть пять минут, — голос Сергея звучал жалобно, почти умоляюще. — Я всё понял. Правда. Я вёл себя как последний идиот.
Она поставила противень на подставку и вытерла руки полотенцем.
— Ты не вёл себя как идиот, Серж. Ты просто показал своё настоящее лицо. И теперь поздно прятать его обратно.
— Я знаю, что виноват. Я… я скучаю по тебе. По-настоящему. По той Лене, которая варила мне борщ по выходным и смеялась над моими дурацкими шутками.
Лена невольно усмехнулась. Борщ. Конечно. Сейчас он вспомнил про борщ. А когда они жили вместе, морщился: «Опять суп? Может, лучше сходим в ресторан?»
— Сергей, я сейчас занята. У меня гости через час.
— Гости? Какие гости? — в его голосе мелькнула тревога.
— Друзья. И… один человек, с которым мне очень хорошо.
Повисла пауза. Потом он выдохнул:
— Ты встретила кого-то?
— Да. И знаешь, что самое смешное? Он никогда не спрашивал, сколько я зарабатываю. И не стыдился того, что я ношу пальто второго сезона.
— Лена, пожалуйста… Я готов всё исправить. Я уже расстался с Виолеттой. Она оказалась… не тем, кем казалась.
Конечно, оказалась. Лена почти видела, как он сидит в своей старой квартире, которую теперь не может содержать в прежнем шике. Виолетта любила рестораны, путешествия, дорогие сумки. А зарплата Сергея, пусть и неплохая, не тянула на такой уровень жизни вдвоём.
— Мне очень жаль, что у вас не сложилось, — искренне сказала Лена. — Но это уже не моя история.
— А если я скажу, что люблю тебя?
Она замолчала. На секунду в груди что-то кольнуло — старая привычка, память о тех днях, когда эти слова значили всё. Но кольнуло и прошло.
— Скажи это той, которая сейчас варит тебе борщ, — тихо ответила она и отключилась.
Вечером, когда гости ушли, Лена стояла у окна и смотрела на огни города. Её новый знакомый, Артём, уехал последним. Он не торопил, не давил, просто был рядом. Целовал в щёку на прощание и говорил: «Звони, когда захочешь». И она хотела. Очень.
Телефон снова зазвонил. На этот раз — мама Сергея, Тамара Петровна.
— Леночка, солнышко, — голос свекрови (теперь уже бывшей) дрожал от слёз. — Помоги, пожалуйста. Серёжа совсем плохой стал. Не ест, не спит, только о тебе и говорит…
Лена закрыла глаза. Тамара Петровна всегда её любила. По-настоящему. Даже когда Сергей начал отдаляться, свекровь звонила, спрашивала, как дела, присылала пирожки.
— Тамара Петровна, я очень уважаю вас. Но ваш сын взрослый человек. Он сделал выбор. И я сделала свой.
— Я понимаю… Просто он говорит, что совершил самую большую ошибку в жизни. Что потерял самое дорогое. Я вижу, как он мучается.
