— Пусть мучается. Это полезно иногда. Спокойной ночи.
Она положила трубку и выключила телефон. Впервые за долгое время спала спокойно, без снов о прошлом.
А Сергей тем временем действительно мучался.
Он сидел в пустой квартире, где ещё недавно висели их общие фотографии (он снял их все в тот же вечер, как Лена забрала вещи), и смотрел в потолок. Виолетта ушла через две недели после развода. Сказала: «Ты обещал мне другую жизнь, Серёж». И хлопнула дверью. Он не удерживал.
Денег стало катастрофически мало. Премии сократили, машину пришлось продать — не тянул кредит. Друзья, которые раньше звали в рестораны, вдруг исчезли. Осталась только мама, которая смотрела на него с тихим укором и каждый вечер ставила на стол тарелку супа.
Он нашёл Лену в соцсетях. Увидел новые фотографии: она в красивом платье на каком-то приёме, она на горнолыжном курорте, она улыбается — легко, свободно, как никогда при нём не улыбалась. И рядом с ней — высокий мужчина с добрыми глазами. Они держались за руки.
Сергей написал ей длинное сообщение. Потом стёр. Написал ещё одно. Потом позвонил. Она не брала трубку. Тогда он поехал к её новой квартире — адрес узнал у общей знакомой.
Стоял под подъездом в старом пальто, которое когда-то сам же называл «убожеством», и ждал. Наконец она вышла — в светлом кашемировом пальто, с сумкой, о которой он мог только мечтать.
— Лена, — позвал он хрипло.
Она остановилась. Посмотрела спокойно.
— Сергей, я же просила не приезжать.
— Пять минут. Пожалуйста.
Она вздохнула и кивнула на скамейку у подъезда.
Он сел рядом, не зная, с чего начать.
— Я всё… всё рухнуло. Я остался один. Совсем один. И понял, что ты была самым лучшим, что у меня было. Я вёл себя как сволочь. Прости меня. Дай шанс всё исправить.
Лена смотрела на него долго. Потом тихо сказала:
— Помнишь, как ты говорил, что тебе стыдно за меня? Что я тебя позорю? Что ты устал от моей «нищеты»?
Он кивнул, не поднимая глаз.
— А помнишь, как я плакала, когда ты в очередной раз отказывался идти со мной в гости к моим родителям, потому что «у них старый дом и дешёвый коньяк»?
— Я любила тебя, Сергей. Очень. Даже когда ты стал чужим. Но ты сам всё уничтожил. И теперь, когда у меня есть всё, о чём ты мечтал — деньги, возможности, свобода — ты вдруг вспомнил, что я «самое лучшее». Это не любовь. Это сожаление.
— Нет, — она поднялась. — Я не злюсь на тебя. Правда. Просто я уже другая. И ты мне больше не нужен.
Он смотрел, как она уходит — уверенной походкой, не оглядываясь. И впервые понял, что потерял навсегда.
А через неделю случилось то, чего он совсем не ожидал.
Лена стояла в своём новом офисе — она открыла небольшую бухгалтерскую фирму, наняла двух сотрудников и уже брала первых клиентов — когда в приёмной раздался шум.
— Я к Елене Викторовне! Срочно!
Голос был знакомый. Секретарь растерянно посмотрела на Лену.
— Пустите, — кивнула она.
Сергей ворвался в кабинет — помятый, небритый, с красными глазами.
— Лена… маме плохо. Инфаркт. Она в больнице. И просила… просила тебя.
