Утром, когда она вышла, квартира уже кипела жизнью. Костя с Димкой носились по коридору, Наташа жарила блины, Сергей разговаривал по телефону, громко обсуждая какие-то рабочие вопросы.
— Доброе утро, — сказала Наташа слишком бодро. — Блинов хочешь? Я с творогом, как ты любишь.
Светлана молча прошла на кухню и поставила чайник. Её любимая кружка с котиками стояла в шкафу — единственное, что не тронули.
— Мы всё обдумали, — Наташа поставила перед ней тарелку. — Останемся ещё на неделю. За это время всё вернём в прежний вид. Обещаем.
— Нет, — Светлана отодвинула тарелку. — Сегодня.
В этот момент раздался звонок в дверь. Три коротких, настойчивых.
Сергей пошёл открывать. На пороге стоял участковый — молодой парень в форме, с планшетом в руках.
— Добрый день. Старший лейтенант Иванов. По вызову от Светланы Викторовны.
— Товарищ полицейский, это недоразумение, — сразу начала она. — Мы родственники, просто помогаем…
Участковый внимательно выслушал обе стороны. Светлана показала паспорт с пропиской, свидетельство о собственности. Сергей пытался показать какие-то чеки на стройматериалы, но это уже не имело значения.
— Граждане, — подытожил Иванов. — Квартира принадлежит Светлане Викторовне. Проживание без её согласия — самоуправство. Прошу освободить помещение в течение суток. Иначе будем составлять протокол.
Наташа заплакала. По-настоящему, навзрыд.
— Света, ну как ты можешь… Мы же тебе добра желали…
Светлана смотрела на неё и чувствовала странную пустоту внутри. Не злость уже. Усталость.
— Я вам тоже добра желала, — тихо сказала она. — Когда ключи давала. А вы решили, что это навсегда.
К вечеру квартира опустела. Они увозили вещи в спешке — чемоданы, коробки, детские игрушки. Мебель новую оставили: «Пусть будет, мы же для тебя старались». Светлана не спорила. Главное — тишина.
Она закрыла дверь на все замки, прислонилась к ней спиной и медленно сползла на пол. В квартире пахло чужим ремонтом, чужой жизнью. Но это была её квартира. Наконец-то снова её.
Телефон зазвонил — мама.
— Светочка, Наташа звонила. Плачет, говорит, ты их выгнала. Что случилось?
Светлана глубоко вздохнула.
— Мам, потом расскажу. Всё потом.
Она отключилась и пошла по комнатам. В спальне на стене висела огромная семейная фотография Наташи — они вчетвером на море. Светлана сняла её, аккуратно поставила у двери. Завтра выбросит.
На кухне в шкафу нашла свою старую кружку — ту, что с трещинкой, которую она всё не могла выкинуть. Заварила чай. Села у окна.
И тут раздался новый звонок в дверь. Долгий, настойчивый.
Светлана замерла. Не может быть. Они же уехали.
Она подошла к двери и посмотрела в глазок.
На пороге стояла тётя Валя — Наташина мама, с двумя огромными чемоданами и недовольным лицом.
— Света, открывай! — крикнула она через дверь. — Меня Наташа предупредила, что ты капризничаешь. Я приехала порядок навести!
Светлана почувствовала, как внутри всё сжимается. Это был не конец. Это только начиналось.
Она прижалась лбом к холодной двери и прошептала:
