— Да ты что, с ума сошла? — возмутилась Тамара Петровна. — Это же родственница! Куда ей деваться?
— Меня это не касается. У вас пять минут.
В этот момент в квартиру вбежал Максим. Видимо, мать ему позвонила.
— Нина, ну что за цирк? Это же временно!
— Макс, либо они уезжают, либо уезжаю я. Выбирай.
Он растерянно посмотрел на мать, на жену, на тётю Люду, которая уже уселась на диван с видом оскорблённой добродетели.
— Нин, ну не гони ты так. Давай поговорим спокойно.
— О чём говорить? О том, что вы распоряжаетесь моей квартирой как своей? Вселяете людей без моего согласия?
— Почему твоей? — вклинилась Тамара Петровна. — Вы же семья. Квартира общая.
— Квартира записана на меня. Это моё наследство.
— Ах вот как! — свекровь всплеснула руками. — Сразу видно, что ты за жена! Своё-моё! А муж тебе кто?
— Муж — это человек, который должен был посоветоваться со мной, прежде чем вселять в наш дом посторонних людей!
— Посторонних? — взвизгнула тётя Люда. — Да я Тамаре как родная сестра!
— А мне вы никто, — отрезала Нина. — Грузчики, выносите вещи обратно в машину.
Мужчины замерли, не зная, что делать. Максим попытался взять ситуацию под контроль.
— Так, все успокоились. Мам, тётя Люда, давайте выйдем, поговорим.
— Я никуда не пойду! — заявила тётя. — Мне обещали жильё, я уже со своей квартиры съехала!
— Полиция? У меня в квартиру проникли посторонние люди, отказываются уходить.
Максим выхватил у неё телефон.
— Извините, ошибка, всё в порядке.
Он отключился и зло посмотрел на жену.
— Ты совсем? Это же мамина родственница!
— Вот пусть у мамы и живёт.
— У меня однушка! — возмутилась Тамара Петровна. — Куда я её поселю?
Повисла тишина. Тётя Люда первой пришла в себя.
— Знаешь что, девочка, я с такой хамкой под одной крышей жить не буду. Тамара, я лучше в гостиницу поеду.
Она величественно поднялась и направилась к выходу. Тамара Петровна бросилась за ней.
— Людочка, подожди! Это недоразумение!
Они вышли, хлопнув дверью. Грузчики, поняв, что работы не будет, тоже ушли, прихватив злополучный сервант. В квартире остались только Нина и Максим.
Он стоял посреди комнаты, сжимая кулаки.
— Ты довольна? Мать опозорила!
— Твоя мать опозорила меня, вселяя людей в мой дом!
— Опять твой дом! Мы же муж и жена!
— Муж не стал бы так поступать! Ты даже не предупредил меня!
— Я думал, ты нормально отреагируешь. Не думал, что ты такая жадная.
Это слово ударило Нину как пощёчина. Жадная? Она, которая содержала их семью, пока он «искал себя»? Она, оплачивающая коммуналку, покупающая продукты?
— Знаешь что, Максим? Раз я такая жадная, может, тебе лучше пожить у мамы? Там не жадные люди.
— Я предлагаю тебе подумать, с кем ты — со мной или с мамой.
— Не ставь ультиматумы!
— Это не ультиматум. Это констатация факта. Твоя мать считает, что может распоряжаться моим домом. Ты её поддерживаешь. Значит, вы команда. А я тут лишняя.
Максим схватил куртку.
— Знаешь что? Мама была права. Она сразу говорила, что ты не пара мне. Что ты будешь меня унижать этой квартирой.
