— Какие рестораны? — возмутилась Ксения. — Мы раз в месяц ходим в кафе! А отпуск последний раз был три года назад, и то на дачу к вашим знакомым!
— Вот видишь, — свекровь кивнула, будто Ксения только что подтвердила её слова. — Привыкли к хорошему. А теперь придётся затянуть пояса. И продажа квартиры — это самый быстрый способ получить нужную сумму.
Ксения перевела взгляд на мужа. Андрей сидел, сгорбившись, и молчал. Молчал, хотя речь шла о её квартире, о её наследстве, о её жизни.
— Андрей, — позвала она. — Ты вообще собираешься что-то сказать?
Он поднял на неё глаза. В них читалась вина и какая-то обречённость.
— Ксюша, ну… мама права. Нам правда нужны деньги. И квартира действительно пустует. Мы же всё равно там не живём.
Ксения почувствовала, как внутри что-то ломается. Она всегда знала, что Андрей слабохарактерный. Что он не умеет противостоять матери. Но чтобы вот так, без разговора, согласиться отдать её единственное наследство?
— Не живём, потому что она мне дорога как память, — проговорила Ксения сквозь сжатые зубы. — Но это не значит, что её нужно продать. Я могла бы её сдать, если бы действительно нужны были деньги.
— Сдать? — фыркнула Зинаида Петровна. — И получать копейки? А потом мучиться с жильцами, ремонтами, коммуналкой? Нет, продать — единственный вариант. Деньги положим на депозит, будем жить на проценты.
— На проценты? — Ксения не верила своим ушам. — Вы собираетесь продать мою квартиру, чтобы жить на проценты?
— Ксения, мы семья, — назидательно произнесла свекровь. — В семье всё общее. И твоя квартира — это тоже наше общее имущество.
— Нет, — твёрдо сказала Ксения, вставая с дивана. — Это не общее имущество. Это моё наследство. Оно досталось мне от бабушки Нины. И никто, слышите, никто не имеет права распоряжаться им, кроме меня.
Зинаида Петровна тоже поднялась. Её лицо стало жёстче.
— Ты забываешь, что ты жена Андрея. А значит, ты часть этой семьи. И должна думать не только о себе, но и о нас.
— Я думаю о нас, — возразила Ксения. — Но о нас с Андреем. А не о вас с Виктором Степановичем. Вы взрослые люди, у вас есть своя пенсия, своя квартира. Если Андрея сократят, мы справимся сами. Найдём выход. Но без продажи моей квартиры.
— Ты эгоистка, — холодно бросила свекровь. — Ты думаешь только о себе. О своей квартире, о своей бабушке. А о том, что твой муж может остаться без работы, тебе всё равно.
Ксения почувствовала, как внутри закипает ярость. Она годами терпела придирки свекрови, годами молчала, когда та вмешивалась в их жизнь, диктовала свои правила. Но сейчас речь шла не о мелочах. Речь шла о самом дорогом.
— Мне не всё равно, — проговорила она, стараясь сохранить спокойствие. — Но я не позволю вам манипулировать мной. Если Андрею нужна поддержка, я её дам. Но не ценой своего наследства.
— Тогда ты плохая жена, — отрезала Зинаида Петровна.
Эти слова повисли в воздухе. Виктор Степанович недовольно кашлянул, но промолчал. Андрей сжался ещё сильнее, будто пытаясь стать невидимым.
