— И что теперь? — Он покосился на чемодан. — Ты правда уйдёшь?
— Не знаю, — честно ответила Мария. — Это зависит от тебя.
— От меня?
— Алексей, я не хочу разрушать нашу семью. Но жить так, как мы жили раньше, я больше не согласна.
— А как ты хочешь?
— Я хочу, чтобы ты был моим мужем, а не маленьким сыном своей мамы. Хочу, чтобы моё мнение имело значение. И чтобы твоя мать не распоряжалась в нашем доме так, будто всё здесь принадлежит ей.
— Она не распоряжается…
— Распоряжается. И ты сам это прекрасно понимаешь.
Алексей поднялся и начал ходить по прихожей из угла в угол.
— Мария, как мне ей это объяснить? Она ведь всю жизнь так привыкла…
— Это уже её задача — привыкать по-другому.
— Легко сказать…
— Алексей. — Мария подошла к нему вплотную. — Тебе придётся выбрать. Либо нашей жизнью продолжает управлять твоя мать, либо мы сами наконец начинаем жить своей семьёй. Третьего варианта нет.
Он молчал долго. Настолько долго, что Мария успела подумать: сейчас он снова уйдёт от ответа. Но Алексей вдруг обнял её.
— Хорошо, — сказал он глухо. — Попробуем.
— Что именно попробуем?
— Жить иначе. Без маминых указаний на каждый случай.
— А если она обидится?
— Ну… обидится. Потом успокоится. Куда она денется?
Впервые за этот день Мария улыбнулась.
— Значит, чемодан можно убрать?
— Убирай.
Она отнесла чемодан обратно в спальню и стала складывать вещи по местам. Алексей остановился в дверях и молча наблюдал за ней.
— Мария?
— Да?
— А вчерашний борщ правда был нормальный?
— Не просто нормальный. Очень вкусный.
— Я так и думал, — с облегчением усмехнулся Алексей. — Это маме показалось.
Вечером позвонила Наталья Сергеевна. Говорила она долго и взволнованно. Мария слышала только ответы мужа.
— Нет, мама, мы не ругались… Да, всё в порядке… Никто тебя из семьи не вычёркивает… Просто давай кое о чём договоримся… О чём? О том, чтобы разговаривать друг с другом по-человечески…
Положив трубку, Алексей повернулся к Марии.
— Завтра придёт. Хочет поговорить.
— Пусть приходит, — спокойно сказала она. — Только теперь разговор будет другим.
— Другим?
— Да. На равных. Я больше не девочка, которую надо воспитывать.
Алексей медленно кивнул.
— Понимаю.
И Мария вдруг почувствовала: что-то и правда сдвинулось с места. Возможно, не сразу всё станет легко. Возможно, им ещё не раз придётся учиться говорить друг с другом заново. Но перемена уже произошла.
Впервые за много лет ей показалось, что дом, в котором она живёт, действительно принадлежит и ей тоже.
