— Мы не хотим ипотеку. Ужиматься, столько лет платить… Да ну! В общем, я решила свою долю продать в нашей с тобой квартире. И как раз будет необходимая сумма. Должна же я тоже внести лепту в нашу совместную покупку. Так будет по-честному, — сказала Алёна и откусила кусочек макового рулета.
— Продать? Кому? — опешила мать.
— Тебе! По закону положено сначала тебе предложить.
— А если у меня нет столько денег? — спросила Ирина Анатольевна, ошарашенная предложением дочери.
— А если нет, тогда я продам свою долю кому-нибудь другому. Нам срочно надо, — очаровательно улыбнувшись, сказала Алёна.
В голове у Ирины Анатольевны всё буквально перевернулось. «Вот же она, моя девочка, сидит со мной рядом, — думала женщина. — Вот задорные ямочки на щёчках, которыми она всегда восхищалась, вот непослушная челка, то и дело спадающая на лоб, красивые глаза, обрамлённые густыми ресницами…» Вроде бы всё оставалось по-прежнему. И в тоже время она не узнавала свою дочь. Прямо сейчас, лучезарно улыбаясь, Алёна «поставила её на деньги». Кажется, так называется это в детективных сериалах? Тьфу, при чём тут детективы?! Делать-то что?!
Мысли в голове носились с бешеной скоростью. Ирина Анатольевна потрясённо молчала.
— Мам, ну что ты молчишь?! Ты будешь покупать у меня долю? — нетерпеливо спросила Алёна. Потом достала из сумочки телефон и, увидев какое-то сообщение, шикарными ухоженными пальчиками стала быстро писать кому-то ответ. На лице её блуждала улыбка.
— Ну, так что? — повторила она, отвлекшись от телефона и вопросительно посмотрев на мать. — Времени тебе — месяц, не больше.
— Другого варианта нет? Не забывай, твоя доля — это половина квартиры… Где я тебе срочно раздобуду столько денег? Мне что, кредит брать? Неужели нельзя решить это как-то по другому? — спросила Ирина Анатольевна, всё ещё не веря, что они с дочерью ведут этот странный разговор наяву.
— Мам, я тебе уже всё объяснила, — начала раздражаться Алёна. — Деньги нужны срочно. Так что давай не тяни с этим.
После того разговора с дочерью Ирина Анатольевна не спала три ночи. Она всё думала и думала, и решила сделать по-другому…
***
Дочь несколько растерялась от её предложения и уже не выглядела такой самоуверенной, как в тот день, когда пришла к матери «на чай». Ирина Анатольевна поймала себя на мысли, что злорадствует. «Боже, до чего мы докатились!» — грустно подумала она.
— Ну, хорошо… Раз ты хочешь. Продадим квартиру. Каждая из нас получит половину суммы. В принципе для меня это ничего не меняет, — задумчиво проговорила Алёна, мысленно производя подсчёты, после того, как выслушала мать.
«Зато меняет для меня!», — со злостью подумала Ирина Анатольевна, но вслух говорить ничего не стала. Она прямо физически ощущала, что нити, которые связывали её с дочерью, рвутся одна за другой.
