— Слушай, отправляйся-ка ты к своим родителям, всё равно от тебя толку ноль! — сердито проговорила Кристина.
— Ну и пойду! Давно хотел уйти! Ты мне тоже не нужна, — высказался муж Сева и сердито засопев, принялся собирать свои вещи. При этом он постоянно путался, не зная, где что лежит, бестолково суетился, шагая туда-сюда по квартире, и ему то и дело приходилось обращаться к жене за помощью. В конце концов, Кристина плюнула со злости и за пять минут собрав сама все вещи Севы в большую сумку, просто молча выставила её за дверь. А потом, стоя в коридоре и скрестив на груди руки, наблюдала, как Сева, чертыхаясь, пытается одновременно завязать шнурки на кроссовках и застегнуть куртку. При этом с него три раза свалилась шапка, которую он со злости никак не мог нормально надеть и просто нахлобучивал как попало…
«Господи, ну дитё дитём! Как маленький!» — возводя глаза к потолку думала Кристина. «И как только меня угораздило выйти за него замуж? Хотя… что-то в нём было такое привлекательное… Может быть, именно эта его беззащитность и детская непосредственность? Ох уж этот мой материнский инстинкт!»
***
— Если хочешь себе ребенка — роди его, а не бери тридцатилетний заменитель! — повторяла мать Кристины Ольга Павловна. Ей жуть как не понравился будущий зять. После того, как она с ним познакомилась, когда Сева с Кристиной пришли к ней «на чай», душа у Ольги Павловны была не на месте.
— Ну, это ужас, что такое! — рассказывала она своей лучшей подруге и коллеге Светлане. — Моя «спортсменка, комсомолка, красавица» нашла себе чудика какого-то! Сама она может горы свернуть, одной левой, а тут этакое дитятко великовозрастное совсем беспомощное…
— Ну не зря же говорят, что противоположности притягиваются, — усмехнулась подруга.
— Смеешься? А мне не до смеха, — сердито проговорила Ольга Павловна. — Кристина упёртая, как баран. Эта одна из черт её характера, помогающая добиваться успеха, однако из-за этого с ней совершенно нет сладу. Если что решила, то всё, не перегнёшь! Эх, был бы отец жив, он бы хоть её убедил, его она слушалась.
— Ой ли? — выразила сомнение подруга. — Это когда было? Слушалась она. Тогда Кристя ещё в школе училась. А теперь сама себе на уме стала. Ты же говоришь, что карьера у неё на работе идёт в гору, руководящая должность светит. Никого она сейчас не будет слушать, двадцать восемь лет, чай не девочка уже.
— Не девочка. А ЭТОТ в свои тридцать — мальчик! — сердито заявила Ольга Павловна, разом осушив полчашки чая. Они сидели с подругой в обеденный перерыв за столиком в комнате приёма пищи.
Спустя четыре месяца в этой же комнате в обеденный перерыв Ольга Павловна делилась с подругой новостями. Светлана уезжала в длительную командировку, только что вернулась и вышла в первый день на работу.
— Ну, поженились детки мои… — сообщила Ольга Павловна Светлане, доставая из холодильника свой лоток с едой, чтобы его разогреть.
