Марина почувствовала, как в животе всё сжалось. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но Алексей опередил её:
— Совсем нет, — он говорил спокойно, почти доброжелательно. — В этот раз ужин отражает вклад всех присутствующих в нашу семью.
Повисла тяжёлая пауза. Виктор Павлович кашлянул и переступил с ноги на ногу, не зная, куда деть свой букетик. Лидия Петровна застыла с полуоткрытым ртом, глядя то на зятя, то на дочь.
— Извините, мы немного опоздали! — раздался от двери звонкий голос, и на кухню влетела полная женщина с крашеными в платиновый блонд волосами — тётя Света, двоюродная сестра матери, а за ней — её сын Миша, грузный тридцатилетний мужчина с цепким взглядом маленьких глаз.
— Ой, а что у вас тут? Посиделки у самовара? — тётя Света рассмеялась собственной шутке, рассматривая стол. — А где ваш знаменитый наполеон? И твоя фаршированная рыба, Мариночка?
— Сегодня у нас простой ужин, — ответил Алексей. — Гречка с тушёнкой.
Тётя Света переглянулась с Лидией Петровной.
— Это какой-то новый тренд? — она хихикнула. — Минимализм на столе? Или вы экономите на гостях?
— Что за глупости? — не выдержала Лидия Петровна. — Всегда ведь накрывали…
— Всегда накрывали, — эхом повторил Алексей. — Мы. А в этот раз — так.
Лицо Лидии Петровны начало приобретать свекольный оттенок. Марина с ужасом и каким-то нездоровым восхищением наблюдала, как лицо матери меняло цвета: от нормального до розового, потом красного, и вот уже приближалось к пурпурному.
— Пройдёмте к столу, — как ни в чём не бывало пригласил Алексей.
Все медленно, словно в каком-то странном сне, расселись за столом. Виктор Павлович задумчиво рассматривал гречку, будто видел её впервые в жизни. Тётя Света прижимала ладонь к груди с таким видом, словно у неё начиналась сердечная недостаточность. Миша же просто сидел с непроницаемым лицом, лишь изредка бросая оценивающие взгляды на Алексея.
— Приятного аппетита, — сказал Алексей и спокойно положил себе на тарелку каши, сверху добавив ложку тушёнки.
— И это… всё? — не выдержала Лидия Петровна.
— А что ещё нужно? — невинно поинтересовался Алексей. — Питательно, вкусно, полезно.
— Но… мы же гости! — тётя Света возмущённо всплеснула руками.
— Да, — согласился Алексей, — вы наши гости. И мы рады вас видеть. Каша очень вкусная, попробуйте.
Виктор Павлович первым взял ложку и осторожно зачерпнул немного гречки. Остальные смотрели на него, как на предателя.
— Лёш, — тихо позвала Марина, — может…
— Нет, Марина, — мягко, но твёрдо ответил он. — Всё правильно.
Лидия Петровна хмыкнула, потом резко положила салфетку на стол и выпрямилась так, что, казалось, её позвоночник стал жёстче металлического прута.
— Я не понимаю, что происходит, — произнесла она тоном школьной учительницы, отчитывающей нерадивого ученика. — Мы проехали через весь город, чтобы навестить вас, а вы… вы нас угощаете солдатской кашей?
— Мы угощаем вас тем, что соответствует энергии, которую мы получаем от этих визитов, — спокойно ответил Алексей, продолжая есть.
