В комнате повисла напряжённая тишина. Игорь медленно отпил из чашки, не отрывая взгляда от брата. Наталья демонстративно отодвинула тарелку с моим пирогом. Максим уставился в стол.
И в этой тишине я почувствовала, как Виктор накрыл мою руку своей.
— Оля права, — сказал он тихо, но твёрдо.
Маленькая победа в большой войне за нашу семью.
Всю неделю после отказа Витя ходил сам не свой. Телефон из рук не выпускал — всё проверял, не звонил ли Игорь. Когда мы ужинали, он вдруг глянул на меня виновато:
— Оль, как думаешь, они сильно обиделись?
Я только вздохнула. Сорок лет вместе, а он всё не поймёт, что его братец не обижается — просто тактику меняет.
— Не обиделись, а новый план придумывают, — сказала я, подкладывая ему картошки. — Ты же их знаешь.
Витя ковырнул вилкой в тарелке. У него всегда пропадал аппетит, когда с родными конфликтовал.
— Может, я позвоню им? Мне как-то не по себе…
Я чуть не поперхнулась чаем. Вот характер! Сам только что понял, что его годами использовали, и тут же готов первым на примирение идти.
— А помнишь, как они тебе помогли, когда ты спину сорвал и два месяца на больничном сидел? — спросила я. — Ах да, они же не помогли. Даже не позвонили узнать, как дела.
Он промолчал. Я уже хотела сказать что-то ещё, но тут у него зазвонил телефон. На экране высветилось: «Игорь». Витя схватил трубку так быстро, будто от этого звонка зависела его жизнь.
— Да? Привет… Юбилей? Конечно помним… В субботу? Да, придём…
Он положил трубку и посмотрел на меня с робкой надеждой:
— Они нас на юбилей зовут. Двадцать лет со свадьбы.
— И только нас? — я прищурилась. — Больше никого не будет?
— Сказал, что хочет в узком кругу. По-семейному.
— Ну конечно, — фыркнула я. — Опять что-то попросят. Ставлю чайник против твоей любимой кружки.
У Натальи в кухне всегда тянуло холодом. Огроменный стол, хромированная плита как в ресторане, а уюта — ноль. Вот и сейчас: свечи горят, скатерть праздничная, угощений навалом, а я как чужая себя чувствую.
— За мою жену, — поднял бокал Игорь, обнимая Наталью за плечи. — Двадцать лет счастья!
Я осторожно пригубила вино. Странно всё это. Обычно при встречах Игорь с Натальей через пять минут начинают жаловаться на жизнь. А тут — сплошные улыбки да воспоминания о счастливых днях.
Витя постепенно оттаял. Смеялся с братом, вспоминал какие-то истории из детства. Я почти расслабилась — может, и правда, просто семейный праздник?
А потом Наталья аккуратно промокнула губы салфеткой и вдруг повернулась ко мне:
— Оль, слушай… У нас трубы потекли, плитка в ванной вся потрескалась. Ты же понимаешь, что родные должны помогать друг другу?
Я так и замерла с вилкой в руке. Ну вот, началось.
— Родные, говоришь? — я медленно положила вилку. — А когда у нас крыша протекла, вы чего-то не помогли.
Наталья дёрнулась, но быстро нацепила улыбку:
— Ты же всё равно дома сидишь. Для тебя это мелочь — нам помочь.
«Сидишь дома». Меня аж затрясло. Тридцать пять лет на заводе оттрубила, только-только на пенсию вышла, да и то подрабатываю ещё…
