— Ты что-нибудь придумаешь, правда? — в его голосе звучала какая-то детская вера в её возможности. — Ты же всегда находишь выход.
Женщина покачала головой. Ей вдруг стало жаль мужа — такого наивного, привыкшего полагаться на неё во всём. Интересно, что он будет делать, когда поймёт, что теперь самому придётся принимать решения?
— Нужно сказать твоей маме, — произнесла Елена, стараясь говорить уверенно. — Поедем завтра вместе?
— Может, подождём? Вдруг всё наладится…
— Нет, Кирилл. Она должна знать.
На следующий день они отправились к Тамаре Васильевне. Всю дорогу Елена репетировала свою речь, готовясь к злорадству свекрови. Она была уверена, что та обязательно скажет что-то вроде «я же говорила» или «доигралась со своим бизнесом».
Тамара Васильевна встретила их в халате — они приехали без предупреждения. Увидев серьёзные лица, она нахмурилась.
— Что случилось? — спросила она настороженно.
— Мама, у нас проблемы, — начал Кирилл, но Елена прервала его.
— Я больше не миллионерша, — произнесла она, стараясь звучать решительно. — Мы разорились.
Она ждала торжествующей улыбки, колких замечаний, но свекровь молча смотрела на неё несколько секунд, словно обдумывая сказанное.
— Ты ужинала? — спросила Тамара Васильевна неожиданно мягко.
Елена растерянно покачала головой. Она готовилась к упрекам и обвинениям, а вместо этого свекровь уже гремела посудой на кухне.
— Садись. Сейчас разогрею суп, — в голосе Тамары Васильевны не было ни насмешки, ни злорадства.
Елена осторожно опустилась на стул, не веря своим ушам. Кирилл неловко переминался у дверного проема.
— Сынок, и ты садись. Небось тоже голодный, — свекровь поставила на плиту кастрюлю.
Через пять минут перед Еленой оказалась тарелка с дымящимся грибным супом, а Тамара Васильевна подвинула ближе хлебницу.
— Ешь. Не паникуй раньше времени — всё наладится.
Елена недоверчиво посмотрела на свекровь. Где колкости? Где нравоучения о том, что бизнес — не женское дело?
— Вы… не будете говорить «я же предупреждала»? — спросила она, не веря своим ушам.
Тамара Васильевна только рукой махнула.
— Глупости какие. Ешь давай, остынет.
В следующие дни Елена не переставала удивляться. Свекровь словно подменили. Вместо упреков — забота и поддержка. Она готовила на двоих, отправляя с Кириллом контейнеры с едой.
— Как поиски новой работы? — спрашивала свекровь за ужином. — Ты сильная, обязательно что-нибудь найдёшь.
Елена не знала, что ответить. План с проверкой семьи давал неожиданные результаты, и они оказались не слишком радужными.
Кирилл все больше отдалялся. Муж стал нервным, раздражительным. Часто задерживался на работе, а когда приходил домой, сразу утыкался в телефон, будто там находил утешение, недоступное рядом с ней.
Однажды вечером Елена услышала, как Кирилл разговаривает с кем-то на балконе. Она прислушалась, сердце неприятно кольнуло.
— Серега, я не знаю, что делать. Если она правда разорилась… — голос мужа звучал устало. — Ты не представляешь, как я… Машина, рестораны, отпуск два раза в год.
