— Потому что она права! — Сергей повысил голос, и его глаза стали такими же жесткими, как его слова. — Ты действительно думаешь только о себе!
— О себе? — Анна горько усмехнулась, будто все, что она накопила в себе за годы, сейчас прорвалось. — А кто платил за ремонт твоей машины? Кто одалживал деньги твоей сестре на лечение? Я всегда помогала твоей семье, Сережа. Но квартира — это другое.
— Почему? — Сергей не унимался, его лицо уже становилось красным. — Объясни мне, почему ты так держишься за эти стены?
— Потому что это память о бабушке! — выкрикнула Анна, как будто наконец выдохнула все, что было в ее душе. — Потому что это единственное, что у меня осталось от моей семьи! И я не позволю твоему брату-неудачнику все это разрушить!
Сергей побледнел, а глаза его стали пустыми. Он не знал, что сказать.
— Значит, вот как ты думаешь о моей семье? — его голос дрожал от потрясения.
— Да, именно так! — Анна уже не могла остановиться, она буквально выдавливала слова из себя. — Твой брат — безответственный эгоист, твоя мать — манипулятор, а ты… ты просто не можешь сказать им «нет»!
Тишина, как удар молнии, пронзила комнату. Сергей стоял, немой, пораженный. Он видел ее глазами, как никогда раньше. А она видела его — как чужого человека, с которым ей больше нечего обсуждать.
— Знаешь что, — наконец произнес он, и голос его был твердым, как камень. — Я переночую у мамы. А ты подумай над своим поведением.
— Конечно, — ответила Анна с иронией. — Беги к мамочке. Как всегда.
Когда за Сергеем захлопнулась дверь, Анна опустилась на стул. Эмоции накрыли, как волна. Обида, злость, разочарование. Она чувствовала, что утратила что-то важное, не могла даже понять, что. Неужели Сергей никогда не понимал, как важна для нее эта квартира?
Телефон снова завибрировал. На экране — сестра Сергея, Марина.
«Ты совсем с ума сошла? Мама в слезах, Димка в отчаянии. И все из-за твоего упрямства!»
Анна отключила телефон, как будто отрезала от себя этот мир. Внутри она ощущала лишь боль. Нужно было думать. Нужно было решать. Но она знала одно: эту квартиру она не отдаст. Ни Димке, ни кому-либо еще.
На следующее утро, едва проснувшись, Анна услышала звонок в дверь. Когда она открыла, на пороге стояла Нина Петровна с Димой позади.
— Мы пришли поговорить, — заявила свекровь, не дождавшись приглашения.
Анна замерла в дверях, не веря своим глазам. Это было уже чересчур.
— Нам нечего обсуждать, — твердо сказала она. — Уходите.
— Как это нечего? — возмутилась Нина Петровна, не обращая внимания на ее слова, бесцеремонно проходя в гостиную. — Ты разрушаешь наши планы своим упрямством! Мой сын нуждается в твоей квартире. А если будешь ломаться — поселится здесь.
Дима стоял в прихожей, не решаясь пройти дальше, переминаясь с ноги на ногу.
— Анечка, — начал он, заглядывая в глаза, — я ненадолго, правда. Максимум на месяц-два.
— Я сказала нет, — отрезала Анна, как ножом. — И это мое последнее слово.
